— Лихо! — усмехнулась Фаэ, услышав очередной оборот. — Я на минутку, — извиняющимся тоном произнесла она и скользнула в ванную — не ту, что на этаже, а поменьше, с входом прямо из спальни. Незаменимая вещь, если наутро голова трещит после бурного веселья: далеко, в общем-то, и не добежишь…
Вскоре раздался шум воды — похоже, Фаэ собралась принимать душ. Неплохая, кстати, идея…
Северус неслышно проскользнул внутрь. Стенки душевой кабины были матовыми, но полностью скрыть такое потрясающее тело, как у Фаэ, было невозможно. Он сделал несколько шагов вперёд, намереваясь спросить, долго ли она ещё — и вдруг дверца душа беззвучно скользнула в сторону, и кажущиеся столь хрупкими руки втащили его внутрь, после чего дверца снова закрылась.
— Сумасшедшая! — против собственной воли Северус улыбался. Он не пытался уйти, потому что, увы, уже промок насквозь: вода лилась и сверху, и с боков — отовсюду, так что в мгновение ока одежда вымокла до нитки. Хоть водичка была тёплой — и то хорошо… — Я же в одежде!
— Ненадолго, — мурлыкнула Фаэлита, прижав его к стенке и расстёгивая пуговицы на его рубашке. — Я очень соскучилась — и больше ждать не могу… Хочу тебя, любимый… здесь… сейчас… — шептала она, покрывая поцелуями его губы, глаза, шею, плечи…
— Ты настоящая лисица, — пробормотал Северус. Та усмехнулась и подняла голову. Их взгляды встретились — и, послав к чёрту весь мир, он утонул с головой в потрясающих малахитовых озёрах её глаз…
Струи воды текли по обнажённым телам, окутанным клубами пара, и падали вниз, на скомканную мокрую одежду, валяющуюся под ногами. Пальцы Фаэлиты скользили по спине и плечам Северуса, выводя странные причудливые узоры, а его губы ласкали её грудь, в то время как он медленно входил в её тело…
Шум воды заглушал тихие вздохи и бессвязные восклицания любовников. Вскрик — и Фаэлита, закрыв глаза, расслабленно обмякла, сползая вниз по стенке. Горячие мягкие губы снова завладели её ртом — и в следующий миг Северус подхватил её на руки и понёс в спальню. Вода с их тел испарилась от простого заклинания Высшей магии; звуковой щит окутал спальню — и Северус бережно уложил свою драгоценную ношу на кровать, после чего вновь стал осыпать поцелуями всё её тело. Фаэлита застонала и, нежно обхватив его за плечи, притянула ближе.
— Ещё! — прошептала она и резко вдохнула, когда он опять вошёл в неё и снова начал медленный, ритмичный, завораживающий танец любви…
Её вздохи слились с его стонами; тела сплелись в неразрывном союзе, двигаясь всё быстрее и быстрее…
…-Устала? — улыбнулся Северус, обнимая свободной рукой Фаэлиту, уютно прижавшуюся к нему и положившую голову на его вторую руку.
— Немножко, — виновато шепнула она. — Увы, я не полувампир и не могу заниматься любовью всю ночь… Я люблю тебя.
— Люблю тебя… — эхом отозвался он. — Спи, лисёнок.
Она улыбнулась ему в ответ — и заснула. Но, уже засыпая, она пробормотала:
— Если тот, кто оставил тебе шрам, ещё не умер, я убью его…
…Внезапно Фаэлита, до того момента крепко спящая, резко распахнула глаза и насторожилась, прислушиваясь. Впрочем, она тут же успокоилась и, заметив Северуса, улыбнулась и пояснила:
— Охранные заклинания сработали. Леди прибыла.
И тут же, приподнявшись, обняла его одной рукой и вновь упала на кровать, потянув Северуса следом. Тот хотел было что-то возразить, но Фаэлита умело заткнула его — на несколько минут.
— Доброе утро, — мурлыкнула она, когда они перестали целоваться.
— Уже день. Ты ужасная соня, — в наказание Северус куснул её за ухо и встал. — Поднимайся. Много спать — вредно.
— Зануда! — Фаэ запустила в него подушкой, которую он с лёгкостью поймал и бросил на кровать, в ноги.
Девушка притворно насупилась и быстро прошмыгнула в ванную. Через несколько минут она уже была готова, и вместе они спустились вниз.
Придя обратно, гриффиндорцы застали идиллическую картину: Малфой с Дракулой, обнявшись, сидели на диване и серьёзно внимали вдохновенной речи Велемира, который с жаром им что-то доказывал, потрясая распечатанными чертежами. Снейп с Фаэлитой расположились напротив, в большом кресле, где места хватило им двоим, и с интересом прислушивались к разговору, который вёлся на всё том же шипящем языке. Услышав, как хлопнула входная дверь, все как по команде обернулись к ним, однако через секунду Велемир снова начал объяснения, и гриффиндорцы бочком проскользнули к свободным креслам.
— Велемир, погоди… — прервала его вдохновенные излияния Валькери, говоря на английском — по всей видимости, для вошедших. — Мы уже поняли, что по всем законам физики балконы не будут держаться — ты объяснил как нельзя более доходчиво, спасибо…
— …но они же держались раньше! — подхватил Малфой. — Не спорю, я получил далеко не все воспоминания Вольдерихара, но уж Харалон-то я помню! И этот балкон, который мы уже обмусолили вдоль и поперёк, был именно там!
