— Нужно! Как насчет сходить в ночной клуб? Причем не какой-то там, а центровой — лучшие диджеи, девчонки «гоу-гоу», фейс-контроль. Ян, это все-таки столица, надо брать от жизни все.
— Да я и не против взять, только ведь наверняка удовольствие-то из недешевых. Не хочу тебя обидеть, но…
— Раз пригласил — значит плачу, — заявил Олег, заработав одобрительный взгляд и от Морозова. Тот даже большой палец правой руки вверх поднял, мол — мужик. — Ну, так как?
— Давай завтра днем созвонимся, там и решим, — предложила Яна. — С тетей просто надо еще поговорить, она же за меня отвечает, пока я в Москве живу. Но в целом — я за.
— Договорились. Тогда завтра ближе к трем наберу. Пока!
И, не слушая ответа, Олег положил трубку.
— Хорошо провел разговор, — похвалил его Францев, — грамотно. Точно согласится. Слушай, а кто такие «девчонки «гоу-гоу»?
— Не знаю, — пожал плечами Олег. — Так Ленц сказал, а я запомнил. Да! Самое-то главное забыл рассказать! То, зачем он сюда вообще приезжал!
Ну да, послание вурдалака начальству в его рассказ изначально не вошло, поскольку прямого отношения к произошедшему не имело. Олег, охваченный эмоциями, вообще про него как-то забыл.
Францев выслушал Ровнина, глубоко вздохнул, затушил сигарету и как-то очень невесело поинтересовался:
— Олежка, ты вообще нормальный?
Юноша не нашелся что ответить начальнику, только глазами хлопал.
— Мы, значит, про девчонок поговорили, личную жизнь тебе устроили на пару с досугом, а действительно важные вещи где-то там, за бортом остались.
— Да просто я как-то… — выдавил из себя Ровнин.
— Ладно бы на твоем месте Баженов сейчас сидел. У него на голове уши не затем, чтобы слушать, а для вентиляции. В одно влетело, из другого вылетело. Но ты-то вроде хомо интеллектус, сиречь — человек думающий.
— Да ладно, не завтра же вспомнил, а прямо сейчас, — заступился за Олега Морозов. — Время не потеряно.
— А профилактическая накачка нового сотрудника? — возразил Францев. — Случай подвернулся — я его использовал. Пусть помнит, что всегда надо сортировать новости и поручения по степени их важности. Запомнил, Ровнин?
— Так точно! — вскочил с кресла Олег, облегченно выдыхая.
— Молодец. — Аркадий Николаевич тоже поднялся. — Ладно, ужин и сон отменяются, поеду к Арвиду.
— Я с вами? — уточнил Саша.
— Пожалуй, нет, — подумав пару секунд, возразил Францев. — Слишком сильно вы тогда из-за Матильды сцепились. Не стоит дразнить гусей. Савва тут?
— Не знаю. Олежка, не сочти за труд, глянь.
— Ага, — кивнул Ровнин и метнулся к двери.
— Погоди, — остановил его начальник и протянул документы, которые раньше лежали в конверте. — Тут все как я думал, так что завтра отправимся к Либману, надо это дело заканчивать и в архив списывать. Давай часикам к десяти в отдел подъезжай. Но до трех вернемся, ручаюсь. А то ведь переживать станешь, терзаться — вдруг Яна обидится?
— И не думал даже, — чуть смутился юноша, после хлопнул себя по лбу, засунул руку в карман джинсовки и вытащил оттуда несколько купюр вперемешку с мелочью. — Чуть не забыл. Вот!
— Это чего? — удивился Францев. — Я вызываю такую жалость, что ты решил меня поддержать финансово?
— Ты на паперти стоял? — поддержал его Морозов. — Настолько все плохо?
— Сдача же! — пояснил юноша, кладя деньги на стол. — От конфет. Ну, вы мне деньги давали утром. А вот чек!
— Какая все же у нас смена подрастает хорошая, а? — притворно смахнул слезинку с глаза Аркадий Николаевич. — Да, Саш? Ревина, например, сроду сдачу не приносила. Ей такое и в голову прийти не могло.
— А Славян? — заинтересовался Морозов.
— Я еще не настолько тронулся умом, чтобы Баженову денежные средства доверять, особенно казенные. Он, конечно, парень честный, но сильно увлекающийся, особенно в тот момент, когда мимо ларьков с пивом проходит. Так, Ровнин, чего стоим, кого ждем?
Савва обнаружился в оперской, как всегда немного меланхоличный и жующий очередной бутерброд с сыром. Услышав, что его зовет Францев, он запихнул в рот остатки снеди, стряхнул с себя крошки и отправился к начальству.
— Чего случилось? — осведомился у Олега Баженов, валяющийся на диване и зевающий так, что у него челюсти потрескивали.
— Как всегда — хватай мешки, вокзал отходит, — ответил юноша. — Ты сегодня домой или снова практической медициной займешься?
— Домой, — с достоинством ответил Славян. — У тебя деньги есть?
— Есть. Но совсем мало. Плюс я хотел еще рюкзак купить, а то хожу как не знаю кто.
— Давай по-другому, — предложил оперативник. — Рюкзак я тебе подарю, у меня есть запасной. Хороший, крепкий, вместительный, черный, с надписью «Slayer» на борту. А на сэкономленные денежки мы пельменей на пять дней купим, майонеза, кетчупа и пива. Хотя нет, пива надо много, нас же двое. Не потянем. Лучше водочки, это экономнее. И как раз до зарплаты дотянем.
— Вариант, — согласился Ровнин. — Если честно, жрать охота — сил нет.
— Так поехали, пока «оптовка» не закрылась, — поднялся с дивана Баженов, распрямился, держась руками за поясницу, а после пожаловался: — Ох, болят мои крылья!
