Улыбка Ксены погасла, губы сложились в горькую складку.
— Лично ничего против вас не имею. Работа такая.
Холодом веет от пристального взгляда. Но, ты на испуг не ловишься. Неприятно щемит под ложечкой — от усталости. Эффект от мерзкого снадобья сказывается, разве нет? Легкое медикаментозное отравление. От него кажется, что всё это уже было.
— Садитесь. Вытяните руки.
Вделанный в крышку стола замок фиксирует цепь от наручников. Теперь не убежишь. Разве, что вместе со столом.
— Вам, как будто, снова весело, — меланхолично замечает Ксена. — Нина Вандерхузе, вы задержаны на основании закона о лицах, опасных для Эгваль.
Отвечаешь, аккуратно подбирая слова:
— Требую адвоката… и врача. Я — больна, у меня серьезное нервное расстройство.
— Ох, уж это классическое правосудие, — иронизирует Ксена. — Состязание следствия и защиты — кто соврёт лучше.
Чувство дежавю становится невыносимым. Хорошо помнишь этот насмешливый тон. Так говорила Хозяйка Острова. Много лет назад. Когда составляла методику ведения допросов. Подводила научный фундамент под практическую работу только что организованной Службы безопасности.
Ксена сочувственно наблюдает за тобой. Нажимает незаметную кнопочку. Заявляется здоровенная тетка. Сняв наручники, хватает тебя в охапку, принуждая встать. Ноги не держат. С тайной радостью повисаешь на этой динозаврихе. Она волочет тебя в соседнюю комнату. Что там припрятано? Какой хитроумный пыточный механизм?
Ничего подобного нет и в помине. Есть мягкий диван, на который тебя с великой аккуратностью кладут. Можно сказать: водружают. Подоспевшая следом Ксена дает глотнуть из фляжки чего-то забористого. Поправляет подушку. Вздыхает:
— Разве можно было так резко себя нагружать? После приключений на Обо, вам две недели, минимум, привыкать к нормальному тяготению. Так нет же, сразу в бой… Вот и приплыли.
Делает знак охраннице, та уходит.
— Дался вам этот ГИН, Что потеряли? Нет больше смысла хранить секрет. Поделитесь. Переложите бремя на меня.
— Не то хуже будет, да?.. — усмешка выходит жалкой.
— Никому не дам вас в обиду. Не бойтесь.
Всё по учебнику! Холодное начало. Насмешка. Жалость. Сочувствие. Ясно видишь дальнейший путь. Упорствовать, бороться, хитрить… Закончится, неизбежно, Правдоискателем. Испытано на сотнях… что там, тысячах жертв. От него не умирают, но… Разговоры о гуманности, новом шаге в искусстве дознания — досужие басни. Кому не знать, как тебе.
Ирония судьбы, да? Твои же методы Ксена пробует на тебе. Еще недавно ты мучилась вопросом: не зря ли прожито время, равное здешней человеческой жизни? Радуйся. Оставлен след на земле! Есть… есть вклад в сокровищницу цивилизации. Новый, изысканный способ мучительства. Ты вправду — хороший ментальный инженер.
Да только, в число твоих талантов не входят героизм и самопожертвование. Ни малейшей охоты нет прочувствовать на собственной шкуре свои же гениальные разработки. Однажды еле избежала подобной участи. Команданте Боргезе тебя пожалел. От Ксены снисхождения — фиг тебе. Хоть и не видишь ее глубинных мотивов (чертов ментоблокатор!), но уверена, что тобою она займется всерьез.
Главное — не сейчас. Потрепав по плечу, говорит:
— Отдыхай, — и уходит.
Закрываешь глаза. Пусть видеокамеры передают картинку несчастной помирающей тебя. Хочет Ксена играть в Хозяюшкины игры — быть посему. Бывшая Хозяйка тоже поиграет с нею. Для правдоподобности, надо по настоящему заснуть. Так и происходит — самоконтроль у тебя хороший.
Диванчик удобный… руки-ноги тяжелые, теплые… сердце бьется спокойно, ровно… Вагон чуть раскачивается на рельсах. Драгоценные минуты отдыха. В урочный час проснешься. Верный помощник осторожно постучит в купе. «Вставайте, В.В! Мы на подходе к Гане». «Я уже», — ответишь.
Выйдешь спокойная, собранная; на ходу застегивая пуговку пиджака. Угодливо застывшие на перроне ганские чиновники увидят миловидную даму. Брючный костюм; мягкие замшевые сапожки — шаги в них получаются неслышными. Темные волосы в элегантном беспорядке. «Фирменный» стиль Хозяйки Острова. На мордашке — легкий макияж. Никому невдомек, что с некоторых пор Хозяйка подбирает его так, чтобы выглядеть старше своих вечных двадцати четырех лет.
Женщина, известная всему Миру. Хорошо сложенная, приятная в общении. Единственная и неповторимая. Наоми. Сила и слабость. Смелость и малодушие. Жестокость и нежность…
…Просыпаешься в другом помещении. На другой постели. Вот так фокус! Вспоминаешь про разветвленную сеть подземных магистралей под столицей Эгваль. Крепко же дрыхла, пока тебя транспортировали. Зато отдохнула.
Дверь крепко заперта, окон нет. На высоком, не допрыгнуть, потолке светятся во множестве маленькие лампы, давая мягкий, без теней свет. На раскладном столике сервирован ужин… или завтрак, в зависимости от того, сколько ты спала. Долго, судя по охватившему тебя аппетиту.
