- Пф, – фыркнул Ханамия, отмахнувшись от Куроко, как от назойливой мухи, и снова зло усмехнулся. – Дайте только уволиться, и я мгновенно вываляю в грязи его кристально-чистую репутацию.
- Вы считаете, что могли бы попробовать написать статью об Акаши-сане? – спросил Куроко. – Но у меня не сложилось впечатления, что он согласен с вами беседовать…
- Ты что-то разговорился, умник, – хмыкнул Ханамия. – Пойди папки потаскай.
- Я всего лишь размышлял, Ханамия-сан, – пожал плечами стажёр, – о словах Акаши-сана, что в новогодний номер нужна беседа и столкновение мнений. Если так, то вам нужен оппонент, который хотел бы поделиться с вами своим мнением.
- Чужое мнение! Вот насмешил! – картинно хохотнул Ханамия. – Чужое мнение очень быстро может превратиться в моё мнение, если я знаю достаточно информации. Ты даже не представляешь, насколько быстро самые убеждённые защитники своей точки зрения дают обратный ход, если надавить на нужные точки и пригрозить им разоблачением и обнародованием их маленьких грязных тайн, – он поиграл бровями, – А то, как активно они потом признают свою ошибку и начинают отстаивать абсолютно противоположную точку зрения – самая приятная часть.
- Что если вам побеседовать с человеком, которому нечего скрывать? – на полном серьёзе предложил Куроко. Ханамия долго смотрел на него, как на умалишённого, а Лео покачал головой.
- Таких не бывает, – проговорил наконец Ханамия.
- Бывают, – упрямо поджал губы Куроко. – Просто вы не слишком хорошо искали, Ханамия-сан. Мой друг, Огивара-кун, познакомился недавно с таким человеком. Он ортопед-травматолог, работает в центре реабилитации детей с врождёнными заболеваниями опорно-двигательного аппарата и перенесших сложные операции на позвоночнике. Его зовут Киёши Теппей.
- Никогда о нём не слышал, – вклинился Лео. – Он знаменитость?
- Совсем нет, – покачал головой Куроко. – Просто он человек без скелетов в шкафу. Огивара-кун познакомился с ним по чистой случайности.
- Если ты сам дурак, не надо думать, что и остальные – клинические идиоты, – отмахнулся Ханамия. – Людей без тайн не бывает. Все лгут. Готов спорить на что угодно.
- На просьбу, Ханамия-сан, – мгновенно предложил Куроко, и Лео тут же посмотрел на него страшными глазами. Ещё бы – спорить с Ханамией смерти подобно. – Если вы не найдёте, к чему придраться в биографии Киёши Теппея до выхода журнала, то вы выполните одну мою просьбу. Если найдете – я выполню вашу.
- Эй-эй, не спеши, – Лео инстинктивно поднялся, чтобы предотвратить непоправимое. Он достаточно хорошо знал Ханамию, чтобы представить, что его «просьба» не ограничится, к примеру, поеданием бумаги. Это будет настоящим унижением, которого он упрямому правдорубу-Куроко абсолютно не желал.
- Я готов к последствиям, Мибучи-сан, – Куроко слегка нахмурился и сомкнул губы в прямую бескомпромиссную линию. – Если Ханамия-сан не боится.
- На слабо решил взять, задохлик? – криво усмехнулся Ханамия. – Так вот знай, я придумаю тебе такую «просьбу», что тебе мало не покажется. Диктуй адрес своего Киёши.
- Вот адрес реабилитационного центра, – Куроко записал что-то на листке бумаги и протянул его журналисту. - Удачной беседы, Ханамия-сан.
Ханамия проглядел глазами адрес, затем хмыкнул, одарил Куроко насмешливым взглядом и вышел.
- Ты в своём уме? – мгновенно налетел на стажёра Лео. – Хочешь, чтобы Ханамия размазал тебя по стенке?
- Я уверен в Киёши-сане, – с лёгкой улыбкой ответил Куроко. – И у меня уже есть просьба, которую я сообщу Ханамии-сану, как только выиграю спор. Но мне приятна ваша трогательная забота обо мне, Мибучи-сан.
- Камикадзе, – покачал головой Лео.
- Кстати, трубы в вашей квартире ещё не починили? – уточнил стажёр, многозначительно посмотрев на Лео.
- Нет, – отрезал тот. – И вряд ли починят в ближайшие пару недель.
***
Такси остановилось прямо напротив центрального входа реабилитационного центра, Ханамия отсчитал нужную сумму, вылез из машины и, сунув руки в карманы пальто, огляделся со знанием дела. Поверхностная проверка этого святоши не дала никаких результатов. «Не состоял, не привлекался, не был замечен». Но к этому он был готов. Было бы невероятно скучно, если бы снятие уже верхнего слоя дало желаемый результат. Это не принесло бы никакого удовлетворения от победы в дурацком споре с малахольным стажёром.
