«Мосводоканал» принял решение о приведении в действие резервной системы перекачки воды из водоемов Смоленской и Тверской областей. На эту меру пошли из-за крайней нужды. Засухи, подобной нынешней, здесь не помнят с 1972 года. В большинстве районов ПодМосковья с 3 мая не выпало ни одной дождинки. Да еще зима выдалась бесснежной. Полностью исчерпаны возможности Москвы-реки: она дает воду пополам с илом.
Весь июнь перекачивали воду из подМосковных водохранилищ. Больше нельзя. Ибо падение уровня воды не должно превышать одного метра. Иначе маленькие моря станут большими лужами. Истринское водохранилище, например, уже опустилось на четыре метра, а берега отступили почти на сто метров. Судьбу Истры все более сравнивают с судьбой Арала. Перекачка воды для нужд города в неограниченных размерах привела бы к катастрофе, последствия которой природа может преодолеть только через пять-шесть лет.
Надежда водников пополнить самый крупный водоем ПодМосковья за счет местных рек не оправдалась. В условиях нынешнего засушливого лета они тоже обмелели и превратились в мелководные ручейки.
Вряд ли начальники, занимавшиеся децентрализацией управления Московскими парикмахерскими, знали, что в Англии развитию молочного животноводства активно способствуют... старые девы. Как именно? Известно, что шмели опыляют клевер, но их гнезда разоряют мыши, а старые девы любят кошек, которые ловят мышей. Следовательно, чем больше будет старых дев в Англии, тем больше будет кошек, меньше мышей, богаче шмелиные гнезда, больше клевера. Неразъемная цепь.
Увы, ни одна из перемен не обходится без последствий, и взаимозависимости бывают самые неожиданные. Отпустив городские парикмахерские на свободу, не учли сущего пустяка: а кто, собственно, будет стирать салфетки? Услуги прачечных многократно вздорожали. До 90 процентов парикмахерских отказались иметь с ними дело. Заявили, что будут стирать сами.
Служба санэпиднадзора проверила, как идет стирка. А заодно — чем дезинфицируются инструменты, куда девают обстриженные волосы. У многих проверяющих от увиденного волосы встали дыбом. Салфетки — многоразового пользования, побывавшие без предварительной стирки на плечах не менее полусотни клиентов. Новое белье не приобретают — его попросту нигде нет, к тому же цены баснословные, а парикмахерские, получив самостоятельность, львиную часть доходов воплощают в зарплату. Невыгодно покупать и дезинфицирующие средства — они тоже непомерно дороги. Поэтому обходятся без оных. Что же касается утилизации волос, то работники этой отрасли бытового обслуживания, избавившись от контроля, пошли на такое, о чем нельзя говорить без содрогания.
По итогам проверки городская санитарная служба временно закрыла 38 парикмахерских. К этой мере решили прибегнуть, исчерпав предупреждения, денежные штрафы и т. д. А на популярный в столице салон «Бриз» материалы даже переданы в прокуратуру.
Теперь бдительность надо проявлять и в парикмахерских, которые становятся источником вшей.
Одни хотят затмить Раису Максимовну.
В зубоврачебном кресле, в котором прежде сиживала первая леди Советского Союза, теперь восседает супруга миллионера, в недавнем прошлом парикмахерша. Муж платит за нее в год 170 тысяч рублей.
Можно представить, какую бурю негодования вызвало это сенсационное сообщение у Раисы Максимовны, особенно если учесть ее самолюбивость и ранимость при каждом неделикатном упоминании прежнего положения. Подумать только: какая-то овца с головой в мелких кудряшках, с бессмысленным выражением рыбьих глаз пользуется теми самыми привилегиями, которые раньше были положены исключительно первым лицам государства и членам их семей.
Как ни неприятно было узнать об этой новости, но исходит она из вполне заслуживающего доверия источника. Евгений Чазов, бывший начальник Четвертого главного управления при Министерстве здравоохранения СССР, личность авторитетная. Он и поведал о печальной судьбе кремлевской медицины, которую он холил и лелеял по поручению Л. И. Брежнева с 1967 года.
Леонид Ильич ставил вопрос так: надо построить хорошую систему для того, чтобы она обеспечивала здоровье не только руководителей, но и вообще цвета нации. Поэтому к «кремлевке» были прикреплены ведущие ученые, артисты, писатели. Здесь лечились Аркадий Райкин, Константин Симонов, Илья Эренбург, Дмитрий Шостакович, Андрей Сахаров. Из 60 тысяч человек, прикрепленных к «кремлевке», руководителей было всего 5 тысяч.
