Я не видела его все две недели, а что-то уже внутри меня сломалось после того неприятного разговора. Я же видела по его глазам, что на самом деле для него это был конец света. Что-то сломалось в нас. Как заводные часы. Дзыньк. И выскочила какая-то пружинка. Другого объяснения я происходящему найти не могла, ведь… теперь я вспоминаю Ларсена, и не чувствую ничего. Силюсь представить его рядом – но не получается, и я пугаюсь самой себя. А как же наш ребенок?
А что теперь будет с Кэмероном? Ему же будет плохо… как он переживет эту ночь один? А если наставники узнают? А если… он умрет?...
-уходи, - тихо произношу я, не оборачиваясь.
Встаю, слегка подпрыгиваю, затягиваю ремень на джинсах. Снимаю со спинки стула рубашку, начинаю застегивать ее. Подхожу к зеркалу и расправляю воротник.
-ты слышишь? – спрашиваю я, не выдерживаю, и оборачиваюсь.
Мириам полулежит, укутавшись в мое, нет, в наше с Ники одеяло в красном пододеяльнике, и, кажется, она выглядит чем-то обиженной.
-ты чего? – спрашиваю я и сажусь рядом.
-ты прекрасно знаешь ответ, Ларсен, - произносит она, дуя губки.
-что?
Мириам молчит, глядя на меня.
-не глупи. Это ты все прекрасно знаешь. Последние недели – просто ошибка. – говорю я.
-ошибка? Ошибка, да, Ларсен? Я была искренна с тобой, а ты? – Мириам сверкает глазами. – ты снова сделал это.
-что?
-втоптал меня в грязь, оскорбил мои чувства. Ты… ты мерзавец. Ты самый ужасный человек из тех, кого я когда-либо встречала, - полушепотом договаривает она.
-о чем ты говоришь? – тут я чувствую, что у меня начинает слегка кружиться голова. – ты же сама предложила мне все это.
Хотя я прекрасно понимаю, о чем она…
И нет, я не хочу слышать этой правды! Потому что она права, потому что я, эгоист, тварь, подонок, который решил дать ей второй шанс только из-за того, чтобы трахаться каждую ночь!
Я запутался. У меня прямо раздвоение личности.
С одной стороны, я та сволочь, которой меня назвала Мириам, которой меня видят все вокруг, которой я был с тех самых пор как мы и Рози… в общем, та сволочь, которой я был всю свою сознательную жизнь.
А с другой…
Встретив Ники, я почувствовал, что что-то во мне изменилось. Я ведь никогда не заботился о своих девушках. Живы, здоровы, и плевать, главное, чтобы вертелись рядом, и давали каждую ночь. А Ники… она не такая. Она… она заставила меня понять, что такое любовь… любовь – это наваждение, это навязчивая мысль, которая не покидает тебя это не на секунду, это одержимость, это нечто, что ты не в силах контролировать. Это то, что командует тобой и ослепляет тебя… Это лететь через весь океан, всего лишь для того, чтобы она увидела меня, улыбнулась и ей стало легче…
-ты меня прекрасно понимаешь, Ларсен, - говорит Мириам. – я сейчас встану и уйду, и больше никогда не вернусь, но буду идти домой и корить себя за то, что угораздило влюбиться в черствого, самовлюбленного морального урода, каким ты всегда был, есть, и будешь! Я знаю, ты заботишься о своей Ники, ты столько всего для нее сделал… но если бы ты любил ее по-настоящему, стал бы ты тут со мной так развлекаться? Пусть и временно, пусть и без обязательств, но, пойми, Ларсен… я слышала о том, как ты кидал всех своих бывших девушек, и этого достаточно, чтобы говорить о том, о чем я говорю сейчас. Тот, кто предал влюбленную однажды, никогда уже сам никого не полюбит, Ларс, - тихим голосом заканчивает она, встает, берет свои вещи и проходит в прихожую, одеваясь на ходу.
Я сижу и думаю над ее словами.
Никогда уже сам никого не полюбит…
Черт!
-Мириам! Мириам! – я вскакиваю и несусь в прихожую.
Она уже обувается, и завидев меня, Мириам яростно пытается застегнуть сапог побыстрее и уйти.
-стой!
-что тебе нужно от меня, Ларсен? – вкрадчиво спрашивает она.
Я теряюсь, и начинаю бормотать что-то непонятное.
-Мириам… прости меня… пойми… я не такой…
-отстань, Ларсен, - она поднимается, я хватаю ее за плечо, она отталкивает меня от себя.
-нет, Мириам, ты должна мне поверить…
Я не знаю, что я несу, но мое сердце захлестывает какое-то непонятное чувство, мне хочется взять и возразить ей, только я не знаю, как…
Слышу звонящий телефон в комнате.
-тебе звонят, Ларс, ответь.
-нет, Мириам, стой!
Но увы, ей удается вырваться.
-прощай, Ларсен, - говорит она и выскакивает за дверь.
Я стою и бессильно смотрю в окно, как она выбегает и уходит от моего дома быстрым шагом…
Мобильный в комнате все еще звонит. Я поднимаюсь наверх, беру его в руки. Ники. Отвечаю.
Сегодня они должны были вернуться из Риверсайда, и я должен встретить Ники в аэропорту. Подумать только, как же рано им всем пришлось вставать, чтобы еще и прилететь оттуда…
-да, Ники?
-Ларс, где ты? Ты уже на пятнадцать минут опаздываешь, - жалуется она на другом конце провода.
-да, да, Ники, прости… я в пробку попал, - вру я. – я скоро буду, слышишь? Я скоро!
-хорошо, Ларсен… - как-то недоверчиво отвечает она. – а почему ты так долго не отвечал?
-да я закинул телефон куда-то в машине, и потом не мог найти, - отчаянно сочиняю я.
-ясно… - протягивает Ники. – жду тебя. Мама уже здесь…
-я скоро буду. Целую, - говорю я, и кладу трубку первым.