-признайся, что ты все придумала, только для того, чтобы снова затащить меня в постель и привязать к себе на короткий поводок!
Мириам вспыхивает.
-да как ты мог такое подумать, Ларсен…
-а что, если я сейчас позвоню Сэму? – я беру в руки телефон, лежащий рядом на столе.
-то он обматерит тебя потому, что ты разбудил его, больного, в двенадцать часов ночи, - отвечает Мириам.
-а если я позвоню утром?
-а вот это уже вопрос, будет ли нужно звонить ему после ночи…
Я не выдерживаю и вскакиваю.
-Боже! Мириам! Скажи, что тебе от меня нужно, что? Почему ты так сильно цепляешься за меня?
Она тоже встает.
-ах, Ларсен, я же тебе уже тысячу раз говорила, но ты никак не хочешь верить мне…
-ну давай, скажи еще раз.
-я люблю тебя, глупый…
-и зачем тогда вешаешься мне на шею и бросаешься ко мне в постель? – щурюсь я.
-потому, что ты сам не возражаешь, - отвечает Мириам, и я понимаю, что не ожидал такого ответа.
-что? Как ты смеешь! Я… не возражаю?!
-признайся, Ларсен, всем нам это нужно, - говорит Мириам, подходя ко мне вплотную и кладя руку мне на грудь. – а твоя девушка очень часто бывает далеко, да и к тому же, она еще слишком мала…
-нет, Мириам, я не такой, - пытаюсь возражать я в то время, как начинаю понимать, что она права.
Да. От природы не уйдешь…
-а я уже смирилась со всем этим, Ларсен. Я готова быть с тобой просто другом, но…
-я не говорил, что считаю тебя другом, - перебиваю я.
-…но я также готова предложить тебе то, что ты хочешь, если это единственный способ побыть рядом с тобой хоть немного… - завершает Мириам, и я понимаю, что она имеет в виду.
-ты предлагаешь мне секс по дружбе? – спрашиваю я.
-да. Дружба и секс. На то время, пока твоей Ники нет рядом.
-я согласен, - тяжело вздохнув, отвечаю я, беру Миранду за руку и тяну вслед за собой.
-ты чего?
-поехали ко мне…
-так ты говоришь, морфий – лекарство? – спрашиваю я, глядя, как Кэмерон разводит в ложке порошок.
Включает зажигалку и греет ложку.
Волнуюсь как-то.
Прошла еще неделя, которую я провела, по большей части, в своей комнате –когда у нас было свободное время. Удивляюсь, как еще никто не заметил… хотя, и к счастью, что не заметили. Зато Кэмерон снова принялся за свои прежние попытки…
После долгих уговоров, я поддалась – эта головная боль, вызванная, надеюсь, моим состоянием, а не этим чертовым раком, меня совсем вымотала. В конце концов, если даже она и вызвана им, то это – начало конца, а морфий поможет мне встретить конец не таким страшным образом, как это могло быть. Я знаю, что я подсяду на него, но ведь он будет мне помогать. Подумаешь, зависимость… она и от обычных, разрешенных лекарств бывает. А зато от морфия голова не будет раскалываться…и я смогу продержаться еще немного. Хотя бы год. Хотя бы еще немножко…
Это не героин, о котором я слышала от Кэмерона. О котором рассказывала Хлоя. Это просто безобидное лекарство…
Да и вообще, мне уже плевать, что делать с собой.
-да Ники, в натуре, епт! Раньше его в больницах вкалывали, в войну еще! Не знаю, че его запретили… блин, есть че, руку перевязать? – спохватывается Кэмерон и оглядывается. – о! Ремень!
Он хватает свой ремень со спинки стула и стягивает мне левую руку. Чуть-чуть больно.
-ты не боишься уколов?
-чуть-чуть, - говорю я, глядя, как друг набирает получившуюся жидкость в длинный шприц.
Страшно. Я столько раз сдавала кровь, когда мне перетягивали руку и кололи шприцом… а все равно боюсь.
-мне самому тебе бить, так понял? – спрашивает он.
-ага. Давай побыстрее, - говорю я и отворачиваюсь.
-ты бледная какая-то, в натуре, - замечает Кэмерон.
-бей уже.
Черт. Чувствую, как пульсирует голова.
Чувствую, как Кэмерон заносит шприц и вдобавок зажмуриваюсь. Черт, что же мы делаем…
Стой!
-Стой!
-еп, Ники, ты чего?! – восклицает Кэмерон.
Я поворачиваюсь и вижу, что шприц занесен как раз над моей рукой. Он остановился всего в паре каких-то миллиметров.
Что-то мне поплохело.
-Ники, все в порядке? Ладно, если ты, типа, не хочешь… - осторожно говорит Кэмерон, ожидая, что я на него накричу.
Я действительно сделала бы это, но теперь я только бессильно откидываюсь на его кровать и закрываю глаза.
-мне плохо…
-хорошо. Полежи, Ники, - произносит мой друг и неловко, но видимо, одобряюще, хлопает меня по плечу.
Я мычу что-то в ответ и задумываюсь: вот что, что я почти натворила? Как можно слушать наркомана со стажем?
Да, Кэмерон – он хороший, и он правда хочет мне помочь… здесь некому указывать ему, кого посадить на иглу, значит, он правда хочет, чтобы мне было легче… но… как? Наркотики – выход?
Только для тех, кому уже не суждено увидеть свет в конце тоннеля.
Например, для раковых больных.
Так что, Кэмерон считает, что я совсем безнадежна? Зачем ему пытаться свести меня в могилу раньше срока? Хотя… нет, нет. Раньше не выйдет. Зато, будет легче… или… нет, нет?
Черт, я запуталась!
-просто Кэмерон, я не могу, потому, что я… я бере…
Слышу какие-то звуки, шорохи.
-Кэмерон… что ты делаешь? – открываю я глаза, приподнимаюсь…
О нет!
-Кэмерон? Ты сдурел?! – кричу я, но дозу он себе уже вбил.
И кажется, это не морфий…
-Кэмерон, что это? Что это было? Это не морфий? – кричу я.