В одном верный соратник всё же ошибся — погибли не все. Когда Бьёрн и Леви дошли до конца самой дальней штольни, Селека была ещё жива. Выглядела Королева Арахнидов (D) неважно, и с первого взгляда становилось понятно — оказать сопротивление уже не могла. Женский торс, растущий из тела огромного паука, напоминал пережаренный кусок мяса. Кожа покрылась незаживающими ожогами, набухла волдырями. Бубоны лопнули и запеклись кровавыми струпьями, из-под которых сочилась жёлто-бордовая сукровица. Королева не двигалась, боясь потерять сознание от боли и больше никогда не проснуться. Несмотря ни на что, паучиха хотела жить.
Не просто так Селека свила гнездо именно в этой части пещеры. В дальнем конце обширного зала, окружённый тускло мерцающей Защитной Формацией, высился монолит Энергетического Пилона. Несмотря на то, что важный элемент системы жизнеобеспечения Лакконы не функционировал, вокруг него до сих пор сохранялся высокий магический фон. Именно благодаря постоянной подпитке Королева смогла пережить атаку ифрита. Её веки сгорели. Единственный уцелевший глаз, не моргая следил за вошедшими в пещеру людьми. Обожжённая щель на том месте, где когда-то был рот, приоткрылась, вместе с кровью исторгая слова системного языка:
— Не убивай, я буду служить тебе.
— Ты послужишь, — норвежец не был предрасположен к беседе. Его время на исходе, но всегда оставался шанс, надежда на чудо. Глупая и живучая надежда… Всё ещё крепкие руки перехватили оружие. Бьёрн рубанул тяжело и мощно, с плеча, вложив в удар одолевающие его сомнения и страхи. Секира с треском вломилась в хрупкую плоть, и тело паучихи лопнуло, как переспелая вишня, окатив жреца алым горячим соком. Вслед ему сильнейшим потоком хлынула энергия жизни. Бьёрн выпрямился, чувствуя, как жизнеутверждающе бьётся сердце в груди. Пересохшие губы снова растянулись в улыбке.
— Мы счастливы, кэп? — с готовностью улыбнулся поляк, видя, как разгладилось лицо Бьёрна.
— О да, Леви. Мы счастливы, — севшим голосом отвечал он, без жалости сливая ОС для насыщения наградной карты. Поставить годы жизни на кон, победить, проиграть, утратить надежду и приобрести её снова, почти умереть и спастись, вытянув счастливый билет. Теневир будет долго смеяться, когда Бьёрн расскажет ему о событиях этого дня. А пока… Эльфийское долголетие (E+), изучить!
Внимание! Корректировка локальной цели… Прогресс достигнут! Энергетических Пилонов активировано: 1/3!
— Вот так так, — присвистнул Гаспар, со значением взглянув на бессменного телохранителя и безжалостного надзирателя в одном лице. Но наткнувшись на стену скучающего равнодушия, осёкся, позабыв, о чём хотел говорить. Увы, другого собеседника в округе не наблюдалось, лес был тих и бесстрастен, а от тяжёлой маски затекла шея. Возвращаться к изматывающим попыткам обуздать капризный артефакт мучительно не хотелось, поэтому повод потрещать языком пришёлся как нельзя кстати. Сглотнув слюну, Гаспар предпринял ещё одну попытку завязать разговор:
— Думаешь, это Линч? От безбожника можно ожидать всего, что угодно.
— Бывшего безбожника, — поправил Лука.
— Лучше бы он был мёртвым безбожником!
— Не тебе решать, — с издевательским спокойствием сказал здоровяк. И лениво покачав головой, всё же продолжил: — Нет, это не он. Я бы поставил на западников.
— Нужно найти подход к Ричу, — пробормотал американец, задумчиво потирая шею. — Как думаешь, насколько ему можно доверять?
— У нас есть приказы и инструкции. Такой концепт, как доверие, в них не фигурирует. Продолжаем, — это не было предложением или просьбой. Оставаясь наедине со своим подопечным, человек, взявший имя Лука, не считал нужным соблюдать даже видимость формальной иерархии. Несколько пускающих слюни кобольдов со связанными руками и ногами не в счёт. Навредить репутации Советника они при всём желании уже не могли.
— Может быть, перерыв? — лицо Первожреца болезненно сморщилось, хотя под тусклым золотом Маски Владыки заметить этого было нельзя. Слова так и повисли в воздухе, будто вовсе не достигнув ушей адресата. Лука оставался неумолим. Вздёрнув очередного ящера на ватные ноги, лысый здоровяк, словно куклу набитую соломой, поставил его на некотором отдалении перед Гаспаром.
— Не подходи, работай на расстоянии, — пресёк он попытку приблизиться. — Маска чувствует твою неуверенность, Гас.
— Не могу.
— Должен, значит можешь.
— Сам бы попробовал! — вспылил Генри. — Я уже начинаю всерьёз считать себя кобольдом. По-твоему, это нормально?
— У каждого своя роль.
— Говоришь, как старикашка Сунь.
