Странное чувство – тысячелетия спать, будучи непотревоженным, и вдруг ощутить это вторжение. С опасением, которое было непривычно для моей новой, божественной сущности, я начал просматривать воспоминания моих верующих, доступные мне даже через сон. Проникая в их разум, я искал отголоски событий внешнего мира. В процессе, пусть я и пытался этого не допускать, чтобы не навредить своим немногочисленным, но ценным последователям, я невольно уничтожил разумы самых слабых из них – их хрупкое сознание просто не выдержало моего прикосновения. Но информация, которую я получил, меня не радовала.
Время действительно ушло далеко вперед, пока я предавался космическим думам. Новости были тревожными: Ра уже не просто объявился, а создал свое государство в Египте, подчинив себе целую страну. В христианской церкви под эгидой Светозарного вовсю шла реставрация инквизиции, полыхали костры, уничтожая тех, кого объявляли еретиками или неверными. Другие боги тоже действовали, делили мир, набирали силу. Все это привело меня к ошеломляющему осознанию: мой сон не только ограничивает мои активные силы и возможности действовать в мире, но также способен искажать или даже отнимать мое чувство времени. Я могу пропустить ключевые моменты.
Эта мысль, осознание собственной беспомощности перед стремительными действиями других, привела меня в ярость. Ярость Древнего, копившаяся тысячелетия. Неконтролируемая вспышка силы. Моей волей, моим чистым, неразбавленным гневом я разорвал всех морских обитателей – обычных, не отмеченных печатью Посейдона, – на много миль вокруг Р'льеха. Тысячи тел были разорваны в клочья мощью моей мысли. Но в следующее мгновение, вместо того чтобы оставить лишь смерть, я перекроил их, извратил, совместив их плоть с кошмарами глубин, создав ужасающих, чудовищных тварей. Это была основа моей новой армии, порожденной чистой силой трансформации. По моему же желанию, отвечая моему гневу, небо над этим участком океана затянули свинцовые тучи, и на море разразился шторм такой силы, какой не могли вызвать обычные погодные процессы.
Ярость прошла, оставив после себя холодную решимость. Если раньше и существовала гипотетическая возможность мирно сосуществовать с Богом морей, разделив сферы влияния на океан, то теперь война объявлена. Моим прямым, недвусмысленным действием. И ни он, ни я не пожелаем мирно ее окончить. Боль моего соперника от утраты "детей", от уничтожения и извращения
Меня немного удивила сама попытка Посейдона исследовать мой город, мою усыпальницу. Это было либо невероятно смело, либо невероятно глупо. Но данные Создателем знания принесли ответ: лишь я, Ктулху, воплощение Древнего, знаю о своих соперниках по божественному цеху так много, знаю их мифологию, их потенциал, их слабости. Эти знания – часть уникальных сил Древних, отличающих нас от более "молодых" богов. Так что обо мне сейчас, вероятно, мало что известно другим богам, кроме общих мифов и слухов, как и мне до недавнего времени было мало известно о них. Моя сущность для них – загадка, спящая мощь. И это преимущество.
Кроме того, эта вспышка злобы, эта ярость... Или, скорее, ревность? Чем она вызвана? При жизни я был довольно ревнивым человеком, не любил делиться тем, что считал своим. Но нельзя же ревновать город. Однако, Р'льех – это не просто город, это часть меня, созданная вместе с моим божественным телом, мое физическое проявление на Земле. Быть может, в этом и заключается разгадка. Мои человеческие эмоции и черты характера переплелись с божественной сущностью, исказились, приобрели космический масштаб.
Моя неспособность постоянно бодрствовать и наблюдать за деятельностью своего культа, за каждым своим верующим по отдельности, заставляет срочно пересмотреть планы. Я не знаю, есть ли подобные трудности у моих "коллег", все же они существуют несколько иначе, многие из них даже не имеют постоянных материальных тел, являясь чистой энергией или сознанием. Но точно знаю, что каждый из нас ограничен как минимум количеством силы веры, имеющейся у них. Так или иначе, развивать маленькие отдельные ячейки культа, полагаясь на их собственную инициативу, я не имею возможности – мне некогда постоянно следить за ними из глубин моего сна.