Окончание сражения наступило, когда я почувствовал скорое возвращение моего сна. Мой цикл. Моя слабость. Необходимость вернуться в Дуат, в мир мёртвых, чтобы вновь взойти на колесницу утром. Используя больше половины оставшейся энергии, направляю потоки зелёного пламени к Богу Морей. Концентрированный удар. Мгновение. И вот богов стало на одного меньше. Из остатков тела Посейдона вырываются потоки энергии. Чистой. Хаотичной. Колоссальной. Часть, примерно половину, я успел поглотить. Втянуть в себя. Увеличив свою мощь. Но оставшаяся золотым дождём выливается на Землю.
Даже я, поглощённый своей сферой, обратил внимание на этот бой. А уж когда из-за их "давления" было погашено солнце, пусть и на короткий срок, решил обратиться к другим Богам. Дабы утихомирить далеко не слабых наших коллег. Бой продолжался. Оказывая ужасающее влияние на планету. Во время столкновения эти двое оказывали большее влияние, чем все остальные божества вместе взятые.
А после бой окончился. Но облегчения это не принесло. Смерть Посейдона принесла много больше проблем. Божественная энергия заполнила мир. Изменяя людей и саму планету. Создавая мутации. Новых существ. Усиливая других. Хаос усилился.
После первого серьезного столкновения настал период спокойствия. Шаткое перемирие. Передышка. Которое было окончено людьми.
Увидев возможности своих противников, правительства большинства стран мира застыли в нерешительности: мало кто представлял, что делать с существом, которое может уничтожить всю твою страну простым желанием. А после восстановить все разрушения и заселить чудовищами, которых натравит против соседних государств. Вооружённый нейтралитет между человечеством и оккупированной Германией, где правил Ктулху, сохранялся почти месяц. Выход люди нашли практически случайно: на юге Африки было обнаружено воплощение одного из богов. Ошун. Как позже выяснилось, богиня любви и красоты. Через час после обнаружения был нанесён тактический ядерный удар. И…
…и Ошун погибла. Пусть она была слабейшим из богов. Её сфера влияния была узкой. Но её смогли убить человеческим оружием. Оружием, созданным смертными. Её смерть была подтверждена, когда новая волна "божественной крови" протекла по планете. Вызывая всё новые изменения и мутации. Тогда человечество воспрянуло духом. Поняло, что богов можно убить. А боги затихли. Наблюдая. Ожидая, как всё обернётся. Через несколько дней началась война за освобождение Германии. Против культа Ктулху. Война, которая продлилась почти пять лет. Успех сопутствовал то одной, то другой стороне. И если изначально армия Ктулху представляла из себя неорганизованный сброд из всевозможных мутантов, жрецов, колдунов и ополчения с гражданским и полицейским оружием, то к концу первого года войны многое изменилось. Культ адаптировался. Так жрецы, используя знания, полученные от своего бога (магию), создавали оружие на многие века превосходящее земное. А монстры и маги научились работать в тандеме с привычной армией. Как итог: война затянулась. Культисты одержали бы верх. Их ресурсы казались неисчерпаемыми. Они черпали силу из своего бога. Но и учёные человечества не сидели на месте. Продолжали искать всё новые способы борьбы с порождениями Ктулху. Изучали божественную энергию, мутации. Так были созданы первые артефакты. Не относящиеся ни к одному из богов. Нейтральные. В их основу были положены принципы действия захваченных у богов артефактов. А некоторые и вовсе использовали божественную энергию. Что получалась из мифических существ и божественных артефактов.
"Рождались" новые Боги. Умирали старые. Менялся мир. Я же продолжал исследовать человеческие души. Поглощённый знаниями. Создавал свой идеальный аватар. Так и не заметив. Что остался один. Без верующих вне Египта. Без сил вне своей сферы. Погружённый в свои эксперименты. В свою теократию. В своё величие. В своё стремление к абсолютной власти.
Я так и не заметил. Как пришла моя смерть. Смерть от руки Альберта. Мессии.
...всё вокруг залило светом...
POV Бэйн, Бог Ненависти и Раздора
Третьим стал Бэйн. Бог ненависти и раздора. Моё имя. Моя сущность. В реальности, в прежнем мире, мне никогда не поклонялись. Не было храмов, посвящённых моей злобе. Не было священных текстов, воспевающих мою деструктивную мощь. Моё имя не шепталось в молитвах, не призывалось в клятвах. Я был никем.
Но отсутствие последователей, отсутствие древних культов, не делало меня таким уж слабым. Достаточно сил я получал от своей сферы. От своей истинной, внутренней сущности. От той стихии, что пульсировала в каждом уголке человеческого мира. Все же, в наше время ненависть стала нормой. Раздор – повседневностью. Конфликты разрывали на части целые континенты. А уж раздора скоро будет навалом. Чем больше противоречий, тем сильнее я. Чем больше вражды, тем ярче моё пламя.