Подполковник Трубецкой оказался магом земли. Его тело покрыла толстая каменная оболочка с чёрными прожилками, и в таком виде он ринулся на меня, предварительно швырнув десяток острых булыжников величиной с человеческую голову.
Каменный человек налетел на меня и стал крушить своими кулачищами. Вначале я пытался защититься дымчатой завесой, но получив несколько раз по голове, понял, что на подполковника она слишком слабо действует. Поэтому создал вокруг себя воздушный кокон, который каменные кулаки пробить не смогли.
Из кабинетов выскочили другие офицеры и принялись атаковать меня со всех сторон. У некоторых были карабины. Но я ни на кого не обращал внимания, а сосредоточил все усилия на главной цели. Чёрные вихри кружились вокруг каменного человека и жалили его. Время от времени били копья тьмы. Магическая оболочка врага осыпалась серым песком, но он постоянно обновлял её и пытался сковать меня камнем. Последнее, правда, у него не получалось. Моя дымка быстро растворяла стихийную магию.
Тяжелее было выдерживать энергетические удары. Какой-то сильный энергетик колол меня лезвиями. Его клинки прошивали и тёмную пелену, и воздушный кокон. И пусть ткани моего тела имели достаточную прочность, всё равно ощущения были не из приятных.
Чёрный туман пополз по коридору, окутывая всех, кто находился поблизости, превращая в пыль штукатурку стен и паркет. При этом я продолжал атаковать подполковника. Он тоже дрался отчаянно. Создал в руках две здоровенные пики и принялся вонзать их в меня. Ему даже удалось пробить воздушный барьер.
Не знаю, сколько прошло время, но в какой-то момент оказалось, что каменный человек больше не способен обновлять свою магическую оболочку, и та стала быстро рассыпаться. А потом внезапно и сам подполковник обратился в прах, истратив все запасы духовного огня.
Я остановился, огляделся вокруг. В коридоре собралось человек тридцать. Часть их толпилась с одной стороны от меня, часть — с другой. Все закрывались силовыми полями и магическими щитами. Без сомнения, здесь было много сильных владеющих, а бой с великим мастером, пусть даже первой ступни, меня изрядно вымотал. Не стоило испытывать судьбу.
— Сдавайтесь! — крикнул я. — Иначе все погибните!
Грохот и свист магических снарядов смолк. Мои противники тоже прекратили атаку. Стены, пол и потолок были изъедены тьмой, в одной из стен зияла дыра. Пахло дымом, неподалёку горели остатки паркета.
— Сдавайтесь! — повторил я. — И вас помилуют. Таково слово вашего истинного императора.
— Нет, ты умрёшь, чёрный колдун! — воскликнул усатый майор. — Ты смутил разум самому государю! Ты достоин смерти! — он указал на меня пальцем, а в другой руке его появился огненный шар. — Убейте его! Что стоите?
Похоже, разговаривать с этими фанатиками не было смысла. Я направил в майора потоки тьмы, тот швырнул в ответ огненный шар и погиб — так быстро, что я сам не ожидал. Больше ждать было нечего. Я забежал в ближайший кабинет и выскочил в окно. Потоки воздуха помогли мягко приземлиться на асфальт.
Солдаты, стоящие на улице рядом с броневиком, не ожидали моего появления. Я швырнул в них горсть комьев тьмы, который прожгли корпус машины и заставили гвардейцев броситься врассыпную. Сам же я чёрным облаком полетел в другую сторону, к ближайшему проходу между домами, и скрылся во дворе.
Посещение губернского дворца оказалось более удачным. Ликвидированы один из организаторов восстания и какой-то майор — возможно, заместитель Трубецкого. Однако оставался ещё Печорский, но поскольку все подразделения уже стояли на ушах, я решил поискать его в следующий раз, а сейчас вернуться на базу и восстановить силы.
Я пересёк дворы и пошёл по тротуару вдоль улицы. Разминулся с бегущими навстречу гвардейцами и оказался на территории, не занятой противником. На базу вернулся тем же путём, которым шёл сюда — по грунтовой дороге, ведущей от пустующего южного квартала через лес в обход главной трассы прямиком к посёлку, где находился завод.
На базе меня ждала «сладкая парочка» — великий князь Дмитрий Павлович и полковник Мария Романова (что-то мне подсказывало, они встречаются): они сразу, как только я вернулся, позвали в кабинет, чтобы выслушать отчёт о проделанной работе.
Романова похвалила меня за достигнутый результат, а вот великий князь был недоволен.
— Этого мало, — говорил он. — Надо уничтожить обоих. Иначе гвардейцы не сдадутся. А времени у нас всё меньше и меньше. Я хотел отдать приказ о штурме уже завтра. Сколько ещё ждать?
— У нас есть ещё сутки, Дмитрий Павлович, — проговорила Романова. — Давайте подождём немного. Зачем торопиться? Алексей попытается найти Печорского. Так ведь?
— Если дадите ещё день, попытаюсь, — пообещал я.
— Эх, чует моё сердце, что мы только зря тратим время, — досадовал великий князь — Противник тоже не сидит сложа руки, а готовится. А ну как они захотят удрать? Упустим ведь.
