Изолированный проводок вёл из розетки Зуича, подсоединённый с его, Пискуша, стороны. Проходил через отверстие стоящей на полу деревянной катушки из-под ниток, а на конце – крохотная светодиодная лампочка, которую покрывал абажур – половинка пластмассового яйца «киндер сюрприза». Стоило дёрнуть за верёвочку, и лампочка загоралась, ярко освещая комнату жёлтым светом.
На случай, когда в доме пропадало электричество, у Пискуша на столике стояла свечка в подставке из маленького обрезка тонкой пластиковой сантехнической трубы, в так называемом подсвечнике. Такие свечки в «подсвечниках» стояли по всему жилищу Пискуша: в прихожей, на кухне, гостиной, ванной. Те самые, наполовину сгоревшие свечи, которые он притащил в большом количестве из выброшенной церковной коробки.
Перед спальней находилась гостиная. Именно в ней Пискуш принимал гостей, сидел в любимом кресле перед камином, обдумывал будущую свою картину, вспоминал детство и родителей или читал.
Камин. Камин был гордостью Пискуша. Церковную лампадку из красного стекла, надколотую с одной стороны, Пискуш увидел как-то валяющейся за церковью в коробке с мусором и огрызками поломанных и почти сгоревших свечек. Ему понадобилось всё своё красноречие в обещании отблагодарить местных церковных мышей огромным количеством своих вкусных запасов, чтобы уговорить их помочь докатить эту лампадку до его норы. Но когда они проделали долгий путь к его дому, а потом с усилием пропихивали лампадку в нору до комнаты Пискуша, мыши потребовали доплатить семечками и сухарями.
Пискуш отдал единственные оставшиеся сухари, и, когда помощники убежали, он, разглядывая своё новое приобретение, очень радовался – теперь у него будет камин!
Внутри лампадки находилась наполовину сгоревшая круглая свеча в фольге. Поскольку в комнате всегда было тепло, камин он затапливал исключительно для гостей. Из хлопковых ниток он делал новый фитилёк для свечи в камине, и когда воск полностью разогревался и становился жидким, он опускал туда фитиль из ниток, закрученных в несколько слоёв. Таким образом, свечка становилась многоразовой. На всякий случай возле камина лежали куски прутьев и веток, аккуратно сложенные в стопку. С другой стороны камина на полу стоял стеклянный пузырёк от лекарства – напольная ваза с пшеничными колосками в зёрнышках.
Любимое кресло перед камином Пискуш сделал из консервной банки с открытой крышкой. Внутрь банки он как можно больше напихал «тепловаты», сделав сидение очень мягким, а потом обтянул его тканью вместе с крышкой, служившей спинкой этого кресла.
У Пискуша к его сожалению, не было окошка. И чтобы как-то возместить этот недостаток, он прибил маленькими гвоздиками к стене большую булавку (карниз) таким образом, чтобы можно было её открывать и нанизывать шторку. Шторки он менял, стирал и снова нанизывал, представляя, что за ними окошко.
Немало удивляла и кухня Пискуша. Это место особенно полюбилось гостями и использовалось для отдыха и посиделок чаще других. Посередине стоял стол, а вокруг него – стульчики. Их Пискуш тоже сплёл из прутьев. На четырёх толстых обрезанных ветках лежала столешница – перевёрнутая вверх дном алюминиевая формочка для выпечки кексов. Её Пискуш тоже с трудом втащил в дом, – её окружность была очень широкой для прохода в норку. Но ему настолько нравились её волнистые края, он мгновенно представил, как будет смотреться на ней его скатерть молочного цвета, что приложил максимум усилий, чтоб затащить формочку в комнату. На столе, в вазе для фруктов из ореховой скорлупы лежали угощения: семечки, сушёные ягоды, зёрнышки риса и кукурузы, виноградины, маленькие кусочки сыра и хлебные сухарики.
Эти угощения Пискуш время от времени находил за печкой в блюдце возле щели. Сначала это настораживало, – каждый раз он внимательно смотрел, нет ли поблизости мышеловки. Но когда окончательно убедился, что его никто и ничто не караулит, стал смелее перетаскивать запасы в норку.
У него создалось впечатление, будто хозяин его нарочно подкармливает. Но для чего – он пока не знал и бдительность не терял.
Половинки скорлупы желудей служили чашками. Каждая из семи чашек была не похожа друг на друга. Пискуш расписал их разными орнаментами.
В буфете из спичечных коробков с выдвижными ящиками хранились запасы: рисовая, перловая и гречневая крупы, фасоль, семечки, зёрна кукурузы, обломки спагетти, сушёные ягодки, шиповник, изюм. В кладовке сушились грибы, мотыльки, чернослив, яблоки, груши, на верёвках висели копчёные колбаски, колоски пшеницы, на полке лежали большой кусок сыра, три луковицы и ржаные сухарики в полотняном мешочке. Все эти запасы остались ещё от родителей. Хотя стоит заметить, что в хозяйственности Пискуш им не уступал.
