Решением короля ни один из признанных виновным не дожил до рассвета следующего дня. Зигфрид не пожелал оставлять жизнь тем, кто не задумываясь, лишил ее бывших короля и королеву и собирался лишить лично его. Более того, о казни заговорщиков, включая Глав двух городов, было объявлено на площадях во всех городах королевства, в надзидание прочим, желающим дорваться до королевского трона. Брату Ференцу им было объявлено о том, что тот в скором времени примется серьезно изучать управление государством.
Наступил день отплытия кораблей иноземных гостей. Закончились прощальные речи, гости зашли на корабли. Валерия с улыбкой подошла к Зигфриду. Маленький котенок, блаженно прищурив глазки, сидел у нее руках. Молодой король хотел было обнять свою невесту, но она скромно отстранилась от него и подала ему продолговатый бархатный футляр.
— Откроете, когда вернетесь в во дворец. — тихо произнесла и развернувшись, взошла по трапу на «Надежду». Зазвучала музыка гимна Либерии, гости стояли у борта корабля, прижав ладони правой руки к левой стороне груди. Корабли отчалили, быстро набирая скорость и вскоре лишь крошечные точки были видны на горизонте.
Сидя в своем кабинете, Зигфрид открыл темный футляр. На бархатном поле лежало кольцо, подаренное им принцессе в день их помолвки. В кольцо был продет свернутый бумажный лист.
— Я все знаю, Зигфрид. — писала ему Валерия. — Я видела вас с Лили во время вашего страстного свидания. Знаю о вашей любви, о будущем ребенке. Не смею стоять со своей любовью к вам между вами и вашим счастьем. Я разрываю нашу с вами помолвку, вы свободны, женитесь на любимой, ожидайте наследника. Можете не опасаться, все остальное останется прежним, наши корабли придут в порт вашей столицы в договоренный срок, в Терра Летиции все будет готово к вашему прибытию. Тысяча семей, включая сто аристократических и просто зажиточных, найдут свои места на этих кораблях. О будущей прислуге в новых землях знатным людям следует позаботиться самим. Хорошо готовьте брата к королевским обязанностям. Прощайте. Валерия.
Король не помнил, сколько времени он сидел над письмом бывшей невесты с застывшим от невыносимой боли лицом. Он медленно поднялся, достал из шкафчика бутылку, оставленную князем Разумовским, налил себе половину бокала янтарной жидкости и медленно выцедил ее, чувствуя, как разливается теплая волна по его телу, разгоняя застывшую кровь. Поставил бутылку на место и вышел из кабинета. В покои брата он зашел, забыв постучать, шагнул в гостиную и остановился, будто запнувшись. На широком диване сидел Ференц, удерживая на своих коленях Лили и пытаясь своим ртом поглубже изучить ее декольте. Лили в свою очередь жадно целовала принца, куда ей удавалось дотянуться. Зигфрид кашлянул, привлекая к себе внимание. Лили вскочила, поправляя приспущенное с плеч платье. В глаза королю бросилась прекрасная брошь, приколотая у ворота — лилия с лепестками и листьями, усыпанными бриллиантами и изумрудами. Он криво усмехнулся:
— Так говоришь, брат, такое вытворяет в постели, что мне и не снилось? Верю, я не рассчитывался такими дарами. А ты знаешь, что скоро станешь отцом ребенка Лили? Не знаешь? А чего ты ожидал? Надо было принимать меры, чтобы этого не случилось. Наверное, я зря тебе сказал, это должен быть сюрприз для тебя. А теперь слушайте внимательно. Вы сейчас же объявляете о своей помолвке. Свадьба через две недели, а с завтрашнего дня ты приступаешь к обязанностям моего наследника, Ференц. Коронуешься через полгода.
Через две недели принц Ференц и Лили Зейман стали супругами. И все время до прибытия кораблей Зигфрид объезжал с братом королевство, знакомил его с жизнью городов и поселений, рассказывал обо всем, что знал сам, о чем мечтал, чего хотел добиться. О своих надеждах и страхах, о долге, об ответственности. Учил быть справедливым к виновным и милосердным ко всем остальным. Учил быть хозяином этой земли. Напряженный, жесткий, неутомимый, он довел принца до состояния такого же рабочего исступления, злого и бескомпромиссного. Уже через пять месяцев это был другой Ференц, жесткий, умеющий разглядеть суть людей под масками, отделить истинные дела от пустословия, чувствующий свою землю, как самого себя. Гены предков-королей, дремавшие в нем, проснулись, чтобы их потомок стал хозяином этой земли. Через два дня после прибытия кораблей он был коронован в Соборе Спасителя в присутствии многих приглашенных. Принц стал королем Ференцем Кроненбергом. За день до отплытия Зигфрида Лили родила сына, темноволосого Родерика Кроненберга, наследника Даварской короны. Король отплывал в Землю Радости, зная, что не оставляет ребенка без отцовской заботы, сынишка был вылитый Ференц.
