— Да, Тан… Нет, тан… В смысле, да, случилось. Нет, не расстроена, а… даже не знаю, как выразить это чувство… А, к рурху, какие чувства! Тан Родарин Тэй, я официально ставлю вас в известность, что мы случайно забрали с планеты в качестве образца разумного аборигена! В соответствии с пунктом пять точка два Инструкции мы обязаны срочно вернуть его обратно! Вот!!
Айлинэри, видимо, больше не найдя слов, молча протянула планшет с какими-то рисунками.
Капитан машинально взял у девушки планшет, однако смотреть на него не стал, поймав и удерживая взглядом глаза девушки. Испуг, надежда, что может быть, всё не так страшно и ещё обойдется, безнадежность на самом дне васильковых глаз сказали ему больше, чем информация с планшета. Девушка не врала — видимо, в спешке экипаж звездолета действительно прихватил с собой аборигена, тем самым грубо нарушив основную инструкцию. Но как же так? Зонды пролетели над двумя материками, и пусть поверхностно, но отсканировали достаточно большие площади — в центральной части лесного массива огромного южного материка, и в противоположной стороне планеты — в центральной части лесного массива ещё более огромного северного материка. Фантастическое богатство растительного и животного мира и ни единого промышленно развитого объекта или инфраструктуры, характерных для промышленно-технической или биологической цивилизации, автоматикой обнаружено не было. Да, предписываемое инструкцией полное сканирование системы, равно как и дополнительный поиск с помощью пилотируемых самими учёными исследовательских зондов не проводились — на это просто не было времени, но экстраполяция полученных результатов давала девяностовосьмипроцентный прогноз биогеоценоза планеты, в котором наличие разумной жизни, развившейся до уровня разумной цивилизации, отсутствовало.
— Айлинэри, вы уверены? Ошибки быть не может?
— Исключено, Тан Тэй. Вот рисунки, сделанные этим инопланетянином. Даже без анализа моторики конечностей видно, что он нарисовал себя одетым, причем в одежду, явно изготовленную промышленным способом. Не знаю, почему на звездолёте он оказался абсолютно голым, но на обнаруженной нами планете однозначно есть промышленно развитая цивилизация. Просто мы не смогли её обнаружить.
— Но Вы же тщательно исследовали планету и не нашли там разумной жизни! Согласно процитированного вами параграфа инструкции, ваш коллектив, и вы в том числе, должны были проверить это в первую очередь!
Это был удар ниже пояса, и капитан это отлично понимал. Не только ученые — все на корабле знали, что планета исследовалась недостаточно тщательно, можно даже сказать — поверхностно, однако и собственная безопасность, и грозные инструкции были положены на алтарь науки — от экспедиции ждали слишком многого, чтобы так просто развернуться и улететь с открытой планеты — жемчужины. И сначала даже казалось, что они не прогадали — риск полностью оправдывался полученными данными, а победителей, как говорится, не судят. Сейчас, глядя на понуро уставившуюся в пол девушку с глазами, набухающими от слез, Родарин все сильнее ощущал разверзающуюся под ногами пропасть — вернуть аборигена на родину они уже не могли. Вернее, на возвращение насильно вывезенного аборигена горючего пусть впритык, но хватит, как хватало им горючего на путь до Оканы. Но главный принцип — чем выше скорость, тем сильнее необходимо искривлять пространство, расходуя больше горючего, — обойти нельзя. Возвращение на Нову, пусть они и отлетели сравнительно недалеко, будет проходить с черепашьей скоростью и съест почти все остатки горючего. Это до Оканы им сейчас лететь чуть более сола… До Новы придется добираться в несколько раз дольше — в лучшем случае четыре — пять сол, и это при условии, что звездолет там же и останется. Можно, конечно же, разделить горючее и на возвращение домой, но тогда путь растянется в лучшем случае на хоро[23], а возможно, и на эоны. Дорога в один конец… Выхода из тупика капитан не видел, но понимал, что решение все равно придется принимать ему, несмотря на бившуюся на задворках сознания малодушную мысль свалить вину и ответственность на других.
В рубке установилось молчание. Оба боялись заговорить, оттягивая неизбежность принятия решения. Айлинэри ещё надеялась, что Родарин Тэй, старый, опытный, битый жизнью космический волк найдет выход из сложившейся ситуации, что всё в конце концов сложится хорошо, экспедиция с победой вернется на Окану, она защитит диссертацию, получит ученую степень, признание в клане, поднимется на следующую ступень клановой иерархии, получив под своё руководство научно-исследовательскую группу, а, возможно, даже целый отдел, с которым отправится в следующую экспедицию на Нову… Тэй же понимал, что это конец, и самый лучший вариант — это вообще не возвращаться из экспедиции на Окану. В конце концов, на Нове, как недавно выяснилось, тоже можно жить… Наконец, после долгого молчания, Родарин глухо произнес:
— Айлинэри Камэни, идите в свою каюту. Успокойтесь. Всё будет хорошо.
— Правда? — жалобно пробормотала девушка.
