Когда Е Чжин с музыкантом приезжают в больницу, Васумитра уже мертва. На ее мертвом лице – все та же блаженная улыбка: словно, прервав череду перерождений, Чже Енг достигла нирваны. Только вот Е Чжин теперь не знает, как жить. Их маленький, на двоих, запретный и сладкий мир – рухнул. Уже не будет ни тайны, ни ревности, ни зависти, ни робких прикосновений друг к другу в общественном душе, не будет ощущения власти над безраздельно доверившимся тебе близким существом. Будет только одиночество, отчаяние и огромное, несовместимое с жизнью чувство вины.
И Е Чжин изобретает более чем нетривиальный способ избавиться от этого невыносимого груза. Она решает переспать по очереди со всеми клиентами Чже Енг и раздать им заработанные подругой деньги. Если вдуматься – все логично: примириться с уходом Васумитры Е Чжин может, только сама став Васумитрой: пройдя ее путь и подарив радость мужчинам, которых она любила. А поскольку ощущение греховности связано для Е Чжин не столько с сексом, которым она не занималась, сколько с деньгами, к которым Васумитра была равнодушна, путь избавления от скверны новая Самаритянка видит в избавлении от всей этой пачки аккуратно сберегаемых в заветной шкатулке купюр. Так, “буддийская” тема секса как сакрального акта к концу первой части парадоксальным образом преобразуется в “христианскую” тему жертвы, спасительной самоотдачи, саморасточения, самоуничижения ради искупления совершенных грехов.
Вторая часть - “Самария” - начинается как зеркальное повторение первой. Только Е Чжин уже не сидит внизу на ступеньках в ожидании ублажающей клиентов подруги. Она внутри, в постели, на месте Чже Енг. Вот из душа выходит первый клиент – замотанный в полотенце пожилой дядька в очках… После: дядька и девочка лежат в постели; он говорит, что помолодел на десять лет, что “к черту мораль”, нужно делать что хочется. Однако, получив от девочки деньги, устыдившись, немедленно принимается звонить дочке, проверять, как она занимается с репетитором.
Второй эпизод: такая же комната, Е Чжин – в кровати, неторопливо выталкивает из-под одеяла юбку, блузку, лифчик, трусики… Второй клиент точно так же выходит из душа в купальном халате – этакий богемный парень с длинными волосами; присев на корточки, трогательно подбирает и складывает девичьи вещички… После: он говорит, что счастлив, благодарит, предлагает встречаться. Раскрасневшаяся Е Чжин уверяет, что это она должна быть ему благодарна, и дает растерявшемуся парню купюру…
