“Судьба Владимира Морозова чем-то близка судьбе Николая Рубцова, чем-то — судьбе еще одного шестидесятника, такого же одинокого и неудержимого романтика, оставшегося верным первым идеалам шестидесятников и ушедшего в мир иной вслед за этими идеалами, Геннадия Шпаликова”.
См. также:Владимир Бондаренко,“Опаленный взгляд Алексея Прасолова” — “Наш современник”, 2004, № 7.
Алексей Букалов. Итальянский Пушкин. О любви поэта к стране, где он никогда не был. — “Новое время”, 2004, № 32, 8 августа.
“Однажды Пушкин позволил себе пошутить по-итальянски, с использованием, как говорится, ненормативной лексики. Связана эта шутка была с одним из итальянских знакомых поэта...”
“В ожидании варваров”.Из интервью профессора Бенни Морриса, данного газете “Ха-Арец”. Беседовал Ари Шавит. Выборка и перевод Виктора Голкова. — “Двадцать два” (“22”). Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СНГ в Израиле. Тель-Авив, 2004, № 132.
Жаль, что не могу — по понятным причинам — воспроизвести эту во многих отношениях примечательную беседу целиком. Вот — кусочки:
“— Бенни Моррис, в течение двадцати лет ты исследуешь темные стороны сионизма. Ты специализировался на ужасах 1948 года. В конце концов, ты фактически все это оправдываешь? Ты сам сторонник трансфера?
— Нет оправдания насилию, оправдания резне. Это военные преступления. Но само выселение в определенной ситуации нельзя считать военным преступлением. Я не думаю, что выселения 48-го — это военные преступления. Нельзя изжарить яичницу без того, чтобы не разбить яйца. <…>
—Есть что-то жуткое в спокойствии, с которым ты об этом говоришь.
— Если ты ожидал, что я разрыдаюсь, мне придется тебя разочаровать: я этого не сделаю.
— Выходит, когда руководители операции наблюдают, как длинная и страшная очередь из пятидесяти тысяч выселяемых из Лода марширует на восток, ты присоединяешься к наблюдателям? Оправдываешь их?
— Я, безусловно, понимаю их. Мне понятны их побуждения. Я не думаю, что они испытывали угрызения совести, да и я на их месте не терзался бы особыми сомнениями. Не совершив этих действий, им не удалось бы выиграть войну, и государство бы не возникло.
— Значит, ты их не осуждаешь? Они ведь произвели этническую чистку.
— В истории бывают обстоятельства, когда этническая чистка оправдана. Ясно, что это утверждение совершенно неприемлемо с точки зрения XXI века, но когда выбор лежит между этнической чисткой и геноцидом, геноцидом твоего народа, я голосую за этническую чистку. <…>
