Все оттенки сложившихся к этому времени отношений проявляются в ситуации, возникшей зимой 1950 года вокруг книги Марьямова «Народный артист СССР Всеволод Пудовкин». Шкловского тогда отстранили от работы над книгой, а Марьямова как бы назначили на его место. Оказавшись в весьма затруднительном положении, Марьямов решил делать книгу с чистого листа, не пользуясь наработками Шкловского. В четырех письмах Шкловского (письма 6, 7, 8, 9)—развитие и разрешение возникшего конфликта. Однако острота столкновения не будет понятна, если не напомнить об атмосфере тех лет, о тех трудностях, которые испытывал каждый, добывающий средства к существованию литературным трудом. Упомянутые в одном из писем суммы авторского гонорара за одну книгу позволяли писателю жить относительно благополучно довольно продолжительное время (средняя месячная зарплата по стране была 400 — 900 рублей), но требовали заботы автора о постоянном присутствии его фамилии в планах издательства. Условием этого была лояльность к власти, близость к бюрократической верхушке Союза писателей, предприимчивость и фантазия. В годы борьбы с космополитами (конец 1940-х — 1953) провинившимся или просто неугодным мог оказаться любой литератор по причинам самым фантастическим. Договор со Шкловским был расторгнут вследствие того, что написанная в 1928 году книга «Гамбургский счет» в 1949 году оказалась «абсолютно буржуазной и враждебной советскому искусству». По свидетельству дочери Шкловского Варвары Викторовны Шкловской-Корди, Виктор Борисович считал, что упоминанием его книги среди «враждебных произведений» в руководящей статье Константина Симонова он обязан лично автору статьи: о ее подготовке Шкловского предупредил телефонным звонком накануне ее выхода Фадеев, пообещав при этом, что фамилии Шкловского там не будет. Фадеев не сдержал слова или ошибся. Как бы то ни было, но следствием этой «ошибки» стало то, что из издательских планов фамилия Шкловского исчезла на несколько лет.
Оскорбляет писателя и то, что добросовестно выполненная им работа большого объема по анализу фильмов Пудовкина (письмо 7) отправляется, по его же выражению, «псу под хвост». Об этом Шкловский вспомнит позже в одном из публикуемых писем, жалея, что не сможет использовать этот материал в книге «За 40 лет. Статьи о кино».
