Новый Мир, 2003 №01 полностью

..............................

Позволь же и Мне с сумою

Брести за тобой, как слепцу,

А ты называйся Мною —

Величье тебе к лицу...

Современное секулярное сознание, пожалуй, не обнаружит никакого подвоха в этих строках. Ну, поменялся Господь своим местом с праведником, так ведь это —символ. Но современное сознание как нечто само собой разумеющееся воспринимает и песню новейшего Квазимодо “Я душу дьяволу продам за ночь с тобой”. Видать, для него, для современного сознания, это — тоже символ. Но пускай оно не обольщается. Вот еще одно стихотворение Блаженного, в которомта жеидея выражена в куда более шокирующем воплощении:

Это ложь, что Господь не допустит к престолу собаку,

Он допустит собаку и даже прогонит апостола.

Почему же? А вот почему...

Ох, хитер ты, мужик, присоседился к Богу издревле,

Раскорячил ступни да храпишь на целительном воздухе,

А апостол Полкан исходил все на свете деревни,

След выискивал Мой и не мыслил, усталый, об отдыхе.

И далее — о том, как апостола Полкана били камнями и палками “неверующие мужики”, о том, как “его кипятком обварила старуха за баней”, а он — “скуля, матерился и в бога и в душу” и “на матерный лай все имел основанья”.

Для Блаженного страдания бессловесной твари — мерило состояния мироздания. Блаженный отдаст всю “будущую гармонию” не только за одну слезинку ребенка, но и за одну слезинку котенка. Надрывный мир поэзии Блаженного переполнен предсмертными воплями кошек и собак, тщетно (или не тщетно) взывающих к Вседержителю. С этими страданиями невозможно, немыслимо примириться. Все, кто ответственны за муки безвинных жертв — прямыми действиями, попущением ли, — должны быть немедленно прокляты — такое зло неискупимо. И хорошо еще, если под горячую руку Блаженного подвернется всего лишь апостол. Бывает так, что и самому Богу — несдобровать.

Опять пронзительный котенок

Напоминает мне о том,

Что был он взбалмошный ребенок

И бил Господь его кнутом.

(“Опять пронзительный котенок...”)

И всех моих Господь прибрал друзей,

Убил котенка, смял крыло пичуге...

(“Дом”)

Блаженный способен и так выплеснуть свою муку на Всевышнего:

Мой дом везде, где побывала боль,

Где даже мошка мертвая кричала

Разнузданному Господу: — Доколь?.. —

Но Бог-палач все начинал сначала.

(“Дом”)

И даже так:

Тебе говорю я, Господь: — Отворяй облака,

Я с мертвой собакой пришел по господнюю душу.

(“Вот так я и буду бродить по траве босиком...”)