На других страницах книги “социология РПЦ” переходит уже в политику, в своеобразную “клерикальную” ветвь политологии, даже в “клерикальный” аналог кремлинологии. Речь идет о тайнах московского “Ватикана” — реалиях высшего епископата, его внешней и внутренней политике и связях. Сухой стиль секретных донесений — “Кто будет следующим Патриархом”, “Перспективы митрополита Кирилла”, “Митрополит Сергий: был ли шанс?” — немного напоминает кинош-ные размышления Штирлица о возможном преемнике Гитлера — да простят мне эту аналогию, такова уж стилистика “епископальной” социологии Митрохина. Но это не просто “тайны мадридского”, точнее, патриаршего “двора”. Тема высшего епископата Русской Православной Церкви — тема более серьезная, чем материалы в жанре “совершенно секретно”. У Митрохина все же прозвучала одна очень важная мысль в связи с памятной встречей трех архиереев со Сталиным 4 сентября 1943 года: “Отказавшись соблюдать решения Поместного собора 1917 — 1918 гг., архиереи де-факто создали новую религиозную организацию…” И чуть выше: “Солидарное мнение трех находившихся в Москве архиереев плюс поддержка первого лица государства — и вся декларируемая соборность Церкви превратилась в фикцию”. У Митрохина блестящий анализ имущественных, административных и денежных отношений внутри церковной организации позволяет сделать вывод, что епископат Русской Православной Церкви Московского Патриархата в силу исторической преемственности с коммунистической эпохой глубоко интегрирован в порочную систему, аналогичную олигархическому, монополистическому капитализму, установившемуся в РФ. Между прочим, “из записи председателя Совета по делам РПЦ Г. Карпова об этой встрече (4 сентября 1943 года. —
