“Когда родила я дочку — муж уговорил устроить октябрины. Назвали дочку Ревмирой в честь мировой революции. Ну, думаю, что ж: Ревмира так Ревмира — ничего, имя звучное! Я уж и привыкла. А вот теперь мужа сократили, не посмотрели, что партейный! И идут у нас теперь грехи. Я его браню — зачем дочку назвал не по-людски: вдруг все перевернется? Куда мы деваемся с таким прозвищем?! Да и все врал, говорил, что по службе дальше двинут. Вот тебе и двинули! Пожалуйста — без места! Говорил — сам не ожидал. Ну и дурак, коли не ожидал — только дочку понапрасну испоганил!”
Мать приносит девочку трех лет с просьбой осмотреть ее... Сама вся бледная, трясется, на лице ужас... Приходят со двора — вот эта маленькая и другая дочка, постарше — 5 лет. Маленькая плачет. “Спрашиваю: о чем ты? Старшая и говорит: „Ее Васька (сын другого жильца, 7 лет) обсикал!”” Оказалось, что Васька положил маленькую на землю, сам на нее лег и что-то с ней делал. “Побежала к соседям, говорю им про мальчишку... Отец только смеется: „Эка беда, что поиграл с девчонкой, обмочилась, так высохнет!””
“Доктор, миленький доктор, куда деваться от этого ужаса!”
На улице, на крыльце одного дома, группа человек десять, тут же вместе со взрослыми несколько мальчиков 10 — 12 лет. Один взрослый рабочий читает местную газету “Рабочий пахарь” с подробностями показательного процесса об изнасиловании работницы. Дети с жадностью заглядывают в газету через плечо читающего. На лице одного мальчика скверная усмешка.
Вечером на улице догоняет меня толпа девочек-подростков. Разговор: “Сегодня интересный процесс...” — “Ах, это об изнасиловании!” — “Пускать, говорят, будут только по билетам...” — “В газетах все равно напечатают...” — “Ах, это совсем, совсем не то!”
Возвращаюсь поздно вечером в город со своей дачи. На монастырском поле догоняет меня девушка лет 15 — 16.
— Вы в город, дяденька?
— В город.
— Ну так я с вами и пойду, а то боюсь одна-то!
Дорогой рассказала мне, как на этом же самом поле на днях напал на нее какой-то парень, схватил за горло и все хотел повалить.
— Я уж и кричала, и царапалась, и кулаками отбивалась... молчит и все хочет повалить! Спасибо, красноармейцы услыхали и заступились. Услыхал, что бегут, и бросился в кусты. Не догнали.
Удивительная пословица: “На стриженую овечку Бог теплом дует”.
