все же созвучней лире.

 

*    *

 *

Лебедиха у спуска

в пруд, в студеную сырость.

Поработала гузкой,

а потом раскрылилась,

перевесила через

край свое опахало,

чтобы яйца прогрелись,

ни одно не пропало.

Молодец, пионерка

из самых отчаянных!

Распласталась, как грелка

на фарфоровый чайник...

Где же лебедь? А лебедь

бьет крылами о воду,

он достроит, долепит

домик Богу в угоду,

он старается тоже:

из травы одеяло

подтыкает под ложе,

только б не замерзала,

носит ветки, былинки

с верностью лебединой

и сдувает дождинки

со своей половины...

Лебедиха на яйцах —

значит, надо встряхнуться,

а не спать на полатях —

можно и не проснуться.

В мире взрывов и пыток,

лжи, предательства, мести

пусть свершится прибыток

хоть в лебяжьем семействе.

 

Сон

Как же я не заметила

ни авто, ни трамвая?

Маму только что встретила —

и уже провожаю.

Но не в мрак крематория —

в край, где небо и солнце,

на машине, которая

здесь иначе зовется.

Все другое: иначе я

и люблю, и прощаюсь.

Пассажиры сидячие,

я одна возвышаюсь.

Расцелуемся с мамою.

Говорят, это плохо,

но не может душа моя

дочку вызвать до срока.

Вот спасибо, что двигались

по такому маршруту,

чтоб мы с нею увиделись,

пусть всего на минуту.

 

Гармиш

Памяти о. А. Меня.

Только во сне

веру свою

встретить могу —

воплощена

в том, кто рожден Русской землей

в самый ее полуночный час

мрак разгонять

словом любви...

Русской землей он и убит.

Сколько убито после него.

Яблоку негде в шеоле1 упасть...

В Гармише, той части его,

где стадион, радуга лиц,

джинсы, кроссовки —

всё, как везде, —

руки Вселенной вскинуты вверх,

вознесены над мельтешней.

Дух протестует.

Нам же, слепым,

Альпами видится ярость Его.

Но приглядитесь:

в дикой скале,

возле ущелья,

как медальон,

с белым Младенцем

Божия Мать,

еле видна, белая вся.

Кто-то сумел, вправил в базальт

веру свою.

Фуникулеры выше скользят,

твари двуногие ниже идут,

каждый устал, ищет привал

пивом залить жирный шашлык.

Остановлю бег свой и взгляд.

Тропы альпийские —

ниточки. Мать

держит Младенца

и всех, кто в пути.

Собственной веры

вспомнится лик.

Он растворен

в их белизне.

1 Преисподняя(др.-евр.).

<p><strong>К бабушке, в Бекачин...</strong></p>

Петкевич Юрий Анатольевич родился в 1962 году. Закончил Белорусский институт народного хозяйства и Высшие сценарные курсы. Печатался в журналах “Новый мир”. “Дружба народов”, “Знамя”, “Континент” и др. Живет в Белоруссии, в деревне Новый Свержень Столбцовского района Минской области.

 

1

 

Перейти на страницу:

Похожие книги