“Из какого сора” выросло это стихотворение Миллер 2000 года? Боюсь, что из... опубликованной в 1999-м знаменской подборки Кибирова “Новые стихи”. Вот первый кибировский стишок оттуда (эх-эх, так вот и придаем всякому случайному падальцу хрестоматийный глянец):
В общем, жили мы неплохо.
Но закончилась эпоха.
Шышел-мышел, вышел вон!
Наступил иной эон.
В предвкушении конца
Ламца-дрица гоп цаца!
Поэтессе не могут быть не скучны такие стихи (см. ее эссе “Пронеслася стая чувств...”, 2000). Как не могут не быть скучны и другие строчки того же автора (цитирую по эссе Миллер “С пятого на десятое”, 2000):
Если долго не курить —
так приятно закурить!
И не трахаться подольше
хорошо, наверно, тоже.
Ну, это само собой. Голову лучше лишний раз поберечь. Но речь у меня не о том. А о том, что неприятие “культурного цинизма”, рожденного “классиком вдохновенного кривляния”, таки вдохновляет куда более уважаемую мной поэтессу на ее (может быть, неосознаваемый) “ответ Чемберлену”. В котором она терпит поражение. То есть и неприятие есть, и пишет-то она, казалось бы, о своем, а вот ёрничество — уже не на смысловом, конечно, а на ритмическом (точнее, интонационном) уровне — оказалось, увы, заразительно. Понемногу живую поэзию убивая. Тихой, так сказать, сапой. И, увы, не совсем чтобы случайно.
К сожалению, авторский стиль Миллер подкреплен неким — сомнительным для меня, но признаваемым ею — постулатом. Комментируя одно из стихотворений С. Гандлевского, она пишет: “Разве не метафизический ужас диктует эти „частушечным стихом” написанные строки? Но писать навзрыд сегодня вряд ли возможно.
Странно. Ведь, казалось бы, понимание того, что
