Размышления об историческом пути России Бородин называет главной частью своего труда. Размышления эти неотделимы от всего остального: от богатой мемуарной конкретики, от встающей со страниц книги личности автора — перед нами ведь не академический труд. Личный отпечаток, органический дух свободы — лучшее, что есть в книге. Если бы кто вздумал издать “Библиотеку приложений” к солженицынской статье “Жить не по лжи”, серия, увы, получилась бы не обширной, и достойное место в ней заняла бы книга Бородина.
Уникальна и мемуарная “составляющая” вышедшего труда. Правозащитное движение описано многократно и многосторонне, как в мемуарах, так и в художественной литературе; описаний же “диссидентской правой”, русского религиозно-национального движения, кажется, не существует (во всяком случае, получивших широкое печатное распространение). Причины этого во многом ясны из книги. И у правозащитного, и у национального движения были “подводная” и “надводная” части. Первая состояла из активистов — изгоев советской жизни: работали активисты сторожами-дворниками, ходили вечно под угрозой ареста. Вторая же, надводная, часть состояла из сочувствующих персон истеблишмента. Причем сочувствие это было весьма широким. Собиратели подписей под правозащитными письмами обходили поначалу едва ли не всю слывшую прогрессивной писательскую элиту. Потом перестали: все равно мало кто подписывал. Но не прогоняли же, не возмущались, наоборот — сочувствовали, оправдывались, некоторые чем-то помогали, лишь бы никто не узнал… Интеллигенция оставалась социалистической (вполне это выявилось несколько позже), но неприятие реального брежневского режима было близко к стопроцентному.
Из таких же двух частей состоял и “русский лагерь”. Да только пропорция была иной. Объективный свидетель, “Хроника текущих событий”, называет сотни имен активистов-“демократов”. И — немногие десятки русских “националов”. Зато надводная часть национального лагеря… В главе “Резервация в Калашном” Бородин описывает компании и сборы в “дворянском гнезде” — особняке видного советского художника Ильи Глазунова. Посетители же… Среди номенклатурных “русистов” мы видим не только недолгого министра Щелокова, здесь — поднимай по реальной иерархической лестнице много выше — вечный гимнотворец Сергей Михалков! Не только демократов достала, видно, бездарная “никаковость” последних советских десятилетий.
