Новый Мир ( № 6 2003) полностью

Фальшива антропология Рогожкина. Нам заявлено следующее: крестьянская женщина-саами четыре года живет на хуторе без мужчины. Между тем эта “одинокая крестьянка” стреляет глазами, вращает зрачками, точно многоопытная городская шлюха! Или режиссер полагает, что биологические инстинкты, точно трава, прорастают социальными привычками?! Навряд ли. Таким улыбкам и привычкамобучаютсяв человеческом обществе. В одиночестве — от них отучаются.

Эта “Кукушка” отвратительна с первого кадра до последнего. Русский солдат, извините, срет (ну куда же без голой жопы!), женщина и соперник глядят да посмеиваются: “Дикий ты человек!”

Наконец она снисходительно решила подарить нашему кусочек себя. Потому что финн лежит в бесчувствии, ранен. “У тебя глаза добрые, иди ко мне под одеялку!” — поясняет саами. Пожалела, сердешная! Снизошла.

Наконец, главное:у русского нет имени.Русского солдата в фильме зовут “Пшолты”. То есть он же грубый, мурло, бранил финна последними словами: “Да пошел ты...” Вот и прижилось. Финна, знатока Достоевского и Толстого, зовут Вейкко. Женщину, язычницу и колдунью, зовут Анни, или “Кукушка”. Русского — “Пшолты”!

В финале наш дурачок уточняет: “Вообще-то меня зовут Иван”. — “Будет тебе, всех русских зовут „Иван”. Ты — Пшолты”, — ставит его на место европеец.

Последний, вполне закономерный удар — финальные титры: “Вейкко”, “Анни”,“Пшолты”.Все встало на места! Титры — авторская точка зрения, объективная информация. Рогожкин не постеснялся, слился в чувственном экстазе с эмансипированным финном и блядовитой саами. “Пшолты” — это, например, я, Манцов.

Ладно, запомним.

ЗАМЕТКА О ЧАРЛИ КРИСЧЕНЕ В ЖАНРЕ

ПРЕСЛЕДОВАНИЯ СОБСТВЕННОГО СМЫСЛА

Charlie Christian, “The Genius of the Electric Guitar” , 4CD set, Columbia, 2002

Читать джазовую энциклопедию — занятие не для слабонервных. Джаз — явно не тот тип творческой деятельности, который следует выбирать, имея в виду долгую, здоровую и благостную жизнь. Думаю, если бы кому-нибудь пришло в голову учитывать джазовое музицирование в соответствующей статистике, профессия джазмена попала бы в десятку самых опасных. Наиболее популярны здесь три вида скончевать свой жизненный путь и музыкальную карьеру: наркотики и пьянство, автомобильные катастрофы, а если уж болезни — то такие, чтобы выжало, выело и унизило до конца.

По крайней мере так было, покуда джаз был настоящий.