Это событие естественным образом увеличило в обществе интерес к праву, вследствие чего во дворце возникла идея составить для административных органов и судов сборник законодательных актов от св. Константина Великого до настоящего времени. Ранее уже готовились аналогичные кодексы, например Codex Gregorianus, соединивший в себе акты от императора Адриана (117—138) до Диоклетиана, и Codex Hermogenianus, вобравший вышедшие в IV в. дополнительные акты, но, конечно, они были далеко не полными. Помимо кодексов, согласно эдикту императора Адриана, мнение некоторых юристов имело также силу закона. Если по конкретному прецеденту их оценки совпадали, то судья был обязан принять их мнение как основание для выносимого решения или приговора. К таким общепринятым юристам относили: Юлиана, Помпония, Гая, Сцеволу, Папиниана, Ульпиана, Павла и Модестиана. Сочинения таких юристов получили наименование «jus», но упадок научной деятельности, многочисленность и дороговизна рукописей привели к настоящему произволу в судах. Поэтому необходимо было срочно систематизировать имеющиеся материалы и источники.
Первая попытка принадлежала св. Константину Великому, и его труды продолжил император св. Феодосий II Младший, признавший своим законом от 426 г. обязательную силу за сочинениями Папиниана, Павла, Гая, Ульпиана и Модеста. Судьям предоставлялось также право принять мнение одного из указанных авторов, если дело не может быть решено на основании сочинений главного юриста – Папиниана. Но и в таком случае участь судьи была нелегкой – помимо сочинений юристов, действовали многочисленные императорские конституции, а также рескрипты, ответы отдельным лицам по конкретным прецедентам[712].
Эдиктом императора от 29 марта 429 г. была назначена комиссия из опытных правоведов и администраторов, которым давалось поручение подготовить соответствующий законодательный сборник. Работа шла относительно медленно, и потому в 435 г. решением от 20 декабря комиссия была переформирована, а ее компетенция значительно расширена; темпы законотворчества резко увеличились. Уже в 437 г. комиссия представила императору плоды своего труда, и, пользуясь присутствием в Константинополе Валентиниана III и его двора, царь предложил его обсудить и сделать общим для всей Римской империи. 15 февраля 438 г. он был опубликован на Востоке и получил название Codex Theodosianus.
Кодекс стал главным сводом законов, которые применялись в судах. А 23 декабря того же года Римский сенат рассмотрел его на своем заседании и сделал обязательным для западных провинций. Примечательно, что в последней, шестнадцатой, книге Кодекса Феодосия были собраны указы, касающиеся религиозной жизни Римской империи. Тем самым император еще раз подтвердил (но уже не на словах, а законом) тот факт, что Империя является христианским государством. Как известно, Кодекс был написан и цитировался по-латыни вне зависимости от территории его хождения, что уже тогда вызвало некоторые трудности на Востоке, давно тяготевшему к греческому языку[713]. К тому времени греческий этнос уже доминировал в Малой Азии, Иллирии, Паннонии и в столице как культурный монополист.
Хотя это был, безусловно, эпохальный юридический документ, восточное правительство заранее предвидело необходимость прибавления к нему множества других законов. По договоренности с западным правительством было решено добавлять к Кодексу novellae («новеллы») и направлять их друг другу для всеобщего опубликования. И, как показывает история, это условие строго соблюдалось. Хотя в силу естественных причин западные новеллы имели малую силу на Востоке – примечательно, что в более позднем документе, «Кодексе Юстиниана», мы не встретим ни одной новеллы, принадлежащей перу Западных императоров[714].
