Я сам всё сильнее и сильнее затягивался в страшные уличные бои, понимая, что город нужно вычистить от сопротивления под ноль. Моя группа пробивалась по центральной улице к зданию в центре города, которое издали напоминало храм и совершенно точно имело религиозное значение. Пока я планомерно орудовал своей саблей, вырезая магларских смельчаков, то краем глаза рассматривал архитектуру поселения. Оно отмечалось тотальным превосходством камня над деревом в городской застройке. Дома строились из каменных блоков, пусть и куда меньшего размера, чем которые использовались в стенах. Однако строились без всяких украшений, просто воздвигая прямые стены, покрытые снизу до верху побелкой. Что было удивительно, так это то, что жившие здесь некогда лагриканцы дома воздвигали свои жилища не в один и даже не два этажа. Большая часть городской застройки была двух и трёхэтажной, что, похоже, обуславливалось высоким развитием строительных технологий первых обладателей города и сравнительно малой площадью острова, на котором город и располагался, а потому вынужденно строились вверх, а не в ширь. Также, пусть и не часто, но мелькали колонны, поддерживающие выступавшие вперёд верхние этажи зданий. Они значительно отличались даже от дорических колонн древней Греции, тем, что не имели никаких украшений, представляя из себя плохо скруглённые столбы, служащие исключительно поддержкой для веса здания. Пожалуй, единственное что разбавляло весь этот белый пейзаж, так это кирпичного цвета полосы, что наносились под самой крышей зданий. Ещё было важным тот факт, что дороги в городе были вымощены камнем, значительно поизносившимся за многие года жизни, а потому нет-нет, но появлялись дыры, которые нынешние хозяева города не спешили заделывать.
Не успело солнце окончательно подняться на небосводе, как мы смогли подобраться до центрального здания. Это было некое подобие невысокой пирамиды с плоской вершиной в виде неровного круга, посредине которого расположился квадратный жертвенный камень, полностью покрытый старой запёкшейся кровью. По обе стороны от пирамиды стояли длинные столбы, постепенно сужающиеся к вершине. На самом пике столбов мерцали какие-то две окружности, напоминающие большие кольца из неизвестного материала.
Ступени этого храма защищал особенный отряд, численностью ровно в сорок человек. Они были теми, кто значительно превосходил магларов в бою. Если большая часть этого лагриканского племени даже не пыталось создать подобия строя, то вот они вытянулись в линию, плотно прижавшись боками друг к другу. Ещё на подходе к храму они осыпали нас метательными дротиками, умудрившись даже серьёзно ранить одного из моих бойцов в руку. Сейчас же они активно отбивались от моего наступающего отряда быстрыми и точными ударами своих двухметровых копий, наконечники которых были выполнены из искусно высеченных кусков обсидиана. Во второй руке каждый из воинов держал по небольшому круглому щиту, склеенному из нескольких слоёв плетённого ротанга, поверх которого была натянута шкура пятнистой козы. Доспех их тоже был совсем иной, никак не подходящий под увиденное мною снаряжение магларов. Заместо высоких резных деревянных шлемов, они носили необычные моему взгляду кожаные шлема с нашитыми поверх него костяными пластинками. Туловище этих необычных бойцов защищались тоже не деревянными дощечками, а ткаными нагрудниками из нескольких десятков слоёв ткани и опять же костяными пластинами. Эти своеобразные нагрудники были надеты поверх длинной подпоясанной одежды, своим кроем напоминающей нечто похожее на пончо. Такой доспех не был так уж эффективен против стали, но на несколько голов превосходили любое защитное вооружение остальных магларов.
Постепенно к центру города стали стягиваться и остальные отряды моего воинства, полностью окружающие храм со всех сторон. Несколько раз со своим десятком наиболее подготовленных бойцов я постарался подняться на вершину и даже смог загнать наверх весь этот странный отряд, но так и не смог их поразить. Не смотря на своё плохонькое оружие такие бойцы обладали достойным умением и выучкой, а потому сражались как львы. Мне же терять своих бойцов просто так не хотелось, а потому я дожидался остальных отрядов, чтобы просто расстрелять этот рьяно защищающийся отряд.
Однако, в мой прекрасный план ворвался Ки’бак. Молодой воин что-то орал и бежал в нашу сторону размахивая руками, когда я уже приготовился отдать приказ к залпу. Распихав моих воинов, он встал между нами и этим странным отрядом, продолжая что-то кричать на своём языке. При виде этого парня, храмовые бойцы опустили оружие, оставляя всех нас в тотальном непонимании.
- Опустите оружие.
- Не стреляй! – на корявом сурском выговорил Ки’бак, - Они друзья!
