Новый завет полностью

^21 Когда все это так успешно завершилось, Павел решил[1552] отправиться через Македонию и Ахайю в Иерусалим. «А после Иерусалима, — сказал он, — мне нужно побывать в Риме». ²²Двух своих помощников, Тимофея и Эраста, он послал в Македонию, а сам на некоторое время задержался в Асии.

²³В то самое время учение, называемое «Путь», послужило причиной сильных волнений в Эфесе. ^24 Серебряных дел мастер по имени Димитрий, который изготовлял серебряные изображения храма Артемиды и тем давал хороший заработок мастерам, ²⁵созвал их и других работников, занятых тем же ремеслом, и сказал: «Вы знаете, что от этого ремесла зависит наш достаток. ²⁶А вы сами видите и слышите, что этот Павел убедил многих и совратил своими речами не только в Эфесе, но чуть ли не по всей Асии. Он утверждает, что то не боги, которые руками человеческими сделаны. ²⁷И это угрожает не только тому, что ремесло наше презирать будут, но и храм великой богини Артемиды лишится своего значения, и может случиться, что величие той, которую почитает вся Асия и весь обитаемый мир, умалится».

²⁸Услышав это, они пришли в ярость и стали кричать: «Велика Артемида Эфесская!» ²⁹Весь город был охвачен волнением, и все как один устремились в театр[1553], потащив туда спутников Павла, македонян Гайя и Аристарха. ³⁰Павел сам хотел выйти к народу, но ученики не пустили его. ^31 К тому же некоторые друзья Павла, из тех, кто руководил народными собраниями в Асии, посылали к нему своих людей и просили не показываться на этом собрании.

^32 Тем временем одни кричали одно, другие — другое, собравшиеся были в полном замешательстве, и большинство даже не знало, зачем они собрались. ³³Некоторые люди из толпы окружили Александра[1554], которого выдвинули иудеи, и тот, сделав знак рукой, хотел было объяснить случившееся народу. ³⁴Но когда узнали, что он иудей, все в один голос стали кричать: «Велика Артемида Эфесская!» — и так продолжалось около двух часов.

³⁵Градоначальник[1555], которому наконец удалось успокоить толпу, сказал: «Граждане Эфеса! Кто же не знает, что город Эфес — хранитель храма великой Артемиды и упавшего с неба образа ее? ³⁶Никто не может этого отрицать, а потому необходимо сохранять спокойствие и ничего не делать сгоряча. ³⁷Вот вы привели сюда этих людей, не виновных ни в ограблении храма, ни в хуле на нашу[1556] богиню. ³⁸Если Димитрий и работающие с ним мастера кого–то в чем–то обвиняют, то для того суды действуют и проконсулы есть: пусть жалуются там друг на друга. ³⁹Если же вы просите о чем–то еще большем[1557], то и это будет решаться на собрании граждан в законном порядке. ⁴⁰Нас просто могут обвинить в мятеже за то, что произошло сегодня без всякого на то основания, и мы ничем не сможем оправдать это скопление народа». Сказав это, он распустил собрание.

20 Когда же беспорядки улеглись, Павел, собрав учеников, ободрив и наставив их, попрощался с ними и отправился в Македонию. ²Он шел через те края, постоянно ободряя верующих, и, наконец, пришел в Грецию, ³где пробыл три месяца. Когда он хотел отплыть в Сирию, иудеи стали готовить покушение на него. Узнав об этом, он решил возвращаться через Македонию. 4 Павла сопровождали Сопатр, сын Пирра, родом из Верии, фессалоникийцы Аристарх и Секунд, Гаий из Дервии, Тимофей, а также Тихик и Трофим из Асии ⁵(они вышли раньше и ожидали нас в Троаде). ⁶Мы же после дней праздника Пресных Хлебов[1558] отплыли из Филипп и через пять дней присоединились к ним в Троаде. Там мы пробыли неделю.

⁷В субботу вечером[1559], когда мы собрались для преломления хлеба, Павел, который готовился на следующий день отправиться в путь, начал беседу, которая продлилась до полуночи. ⁸В верхней комнате, где мы собрались, было душно и жарко — там горело много светильников. ⁹Павел говорил довольно долго, и юношу по имени Евтих, сидевшего на подоконнике, начало клонить в сон. Заснув, он выпал из окна третьего этажа. Когда спустились к нему, он был мертв. ¹⁰Павел, сойдя вниз, простерся над телом юноши, обхватил его руками. «Не тревожьтесь, — сказал Павел, — он жив[1560]». ^11 После этого он поднялся наверх, преломил хлеб и ел его со всеми вместе, затем он долго еще говорил, пока не рассвело, и, наконец, отправился в путь. ¹²А юношу проводили домой, радуясь тому, что он жив.