Все женщины, которых он ожидал увидеть, оказались на месте: Джолин, Зеленая сестра, стройная, хорошенькая и большеглазая, Теслин, худая Красная, – лицо у нее было такое, будто ее заставили жевать камни, – и Эдесина, Желтая, не просто хорошенькая, а скорее красивая, ее черные локоны водопадом спускались до талии. Мэт спас всех троих из лап Шончан, вытащив Теслин и Эдесину прямо из конуры для
Посреди фургона, зажатые между двумя кроватями, которые не убирались вплотную к стенам, неколебимые, словно заборные столбы, плечом к плечу стояли Бетамин и Сита, а Джолин без устали хлестала Бетамин по щекам, сначала одной ладонью, потом другой. Тихие слезы катились по скулам высокой женщины, а на лице Ситы читалось, что ей ужасно страшно стать следующей. Эдесина и Теслин, скрестив руки под грудью, бесстрастно взирали на происходящее, в то время как мистресс Анан неодобрительно хмурилась из-за плеча Теслин. Что она не одобряла – пощечины или то, чем Бетамин их заслужила, – Мэт не мог сказать, да и какая разница.
Одним шагом преодолев разделяющее их расстояние, Мэт схватил занесенную руку Джолин и развернул женщину к себе.
– Свет, что же ты такое творишь? – Прежде чем он успел сообразить, она подняла вторую руку и засадила ему такую оплеуху, что в ушах зазвенело.
– Ну все, ты сама напросилась! – заявил Мэт; странные пятна все так же маячили у него перед взором.
Он рухнул на ближайшую кровать и швырнул ошарашенную Джолин поперек колена. Его правая рука со смачным шлепком приземлилась на ее зад, отчего Джолин потрясенно вскрикнула. Медальон стал еще холоднее, а Эдесина судорожно вздохнула, увидев, что ее усилия тщетны. Мэт продолжал одним глазом наблюдать за остальными двумя сестрами, а другим посматривать на дверь, откуда в любой момент могли появиться Стражи Джолин. Сам же он крепко держал ее и потчевал мощными и частыми шлепками. Мэт понятия не имел, сколько юбок и поддевок под этим синим шерстяным платьем, но он хотел удостовериться, что действует весьма убедительно. Рука словно бы ударяла в такт вращающимся в голове игральным костям. Барахтаясь и брыкаясь, Джолин начала ругаться как извозчик. Медальон превратился в кусок льда, а потом непостижимым образом сделался еще холоднее. Мэт забеспокоился, не отморозит ли он себе что-нибудь, однако вскоре к крайне изощренному лексикону наказуемой прибавились жалобные всхлипы. Рука у него, конечно, не то, что у Петры, но тоже не из хилых. Занятия с луком и посохом очень укрепляют мышцы этой части тела.
Эдесина и Теслин будто застыли на месте, так же как и две бывшие