Нож сновидений полностью

Приготовившись к тому, что ему предстоит, и ежесекундно ожидая новой попытки Льюса Тэрина перехватить Силу, Ранд сжал мужскую половину Истинного Источника, и в него хлынул саидин. Пытался ли безумец что-то предпринять? Да, он точно слегка коснулся Силы, но поток полностью был во власти Ранда. Горы пламени, взрывавшиеся огненными лавинами, стремились смести его. Волны холода, по сравнению с ними даже лед казался теплым, норовили сбросить его в бушующие моря. Он упивался этим ощущением, и вокруг все вдруг стало таким живым, словно до этого момента он спал и видел сон. Теперь он слышал дыхание каждого в комнате, видел чуть ли не каждую нить в огромном знамени, развевающемся над Твердыней. Двойная рана на боку пульсировала так, словно вот-вот вырвется из тела. Но сейчас, когда Сила заполняла его, Ранд не обращал внимания на боль. В таком состоянии и удар меча ему будет нипочем.

И вместе с потоком саидин на него накатила неизбежная неистовая тошнота. Ранда обуревало нестерпимое желание согнуться пополам и освободить желудок от всей той пищи, что он съел за свою жизнь. Колени дрожали. И бороться с этой тошнотой приходилось столь же яростно, как и с Силой, а с саидин нужно сражаться непрерывно, неотступно. Мужчина подчиняет саидин своей воле или Сила разбивает его вдребезги. На несколько мгновений в голове возник образ человека из Шадар Логота. Тот был в ярости. И, судя по виду, его тоже вот-вот вывернет на изнанку. И в эти моменты он так же четко осознавал присутствие Ранда, как и Ранд – его. Их разделяло расстояние шириной в волосок, одно лишь движение – и они коснутся друг друга. Лишь волосок.

– Что случилось? – осведомилась тут же оказавшаяся рядом Найнив, в ее глазах читалось беспокойство. – Ты вдруг буквально посерел. – Она потянулась к его голове, по коже побежали мурашки.

Ранд отодвинул ее руки:

– Все в порядке. Отойди. – Она осталась на месте и смерила его одним из тех взглядов, каких у женщин всегда найдется предостаточно. Он словно бы говорил: ты лжешь, пусть я и не могу это доказать. Они что, тренируются перед зеркалом? – Отойди, Найнив.

– С ним все хорошо, Найнив, – подтвердила Мин, хотя ее лицо тоже посерело, а руки в красных перчатках держались за живот. Она знала.

Найнив фыркнула, презрительно сморщила носик, но все-таки отошла прочь. Возможно, чаша терпения Лана уже переполнилась, и он сбежал от нее. Нет, ни в коем случае. Лан не покинул бы Найнив, если только она сама этого не потребовала, и даже в таком случае, лишь настолько, насколько это необходимо. Где бы он сейчас ни был, Найнив знает об этом и, скорее всего, отправила его туда сама по собственным соображениям. Ох уж эти Айз Седай и их проклятые тайны!

Он взял прядь Духа и свил ее с нитями Огня – у изножия кровати появилась знакомая серебристая вертикальная линия, которая мгновенно развернулась в образ погруженных во тьму массивных колонн. Свет падал только из окон гостиницы по эту сторону портала. Врата, зависшие в нескольких дюймах от пола, по размеру совпадали с обычной дверью в комнату. Но как только они раскрылись, Девы, опустив на лицо вуали и вытаскивая на ходу копья, ринулись внутрь. Ранд снова ощутил пощипывание на коже, – Аливия метнулась следом. Ответственность за его безопасность шончанка взвалила на себя самолично, но относилась к этому с таким же трепетом, как и Девы Копья.

По ту сторону врат его вряд ли поджидают засады или какие-нибудь другие опасности, поэтому он решительно шагнул в проем – вперед и вниз. С этой стороны портал завис в футе над серыми, вытесанными из камня плитами. Ранду не хотелось еще раз портить пол в этом зале. Сейчас он стоял в самом Сердце Твердыни и благодаря Силе, наполнявшей его, и свету, льющемуся из комнаты в «Драконе», мог разглядеть узкую щель в одной из плит, куда он когда-то вонзил Калландор. Кто вытащит этот меч, тот последует за тобой. Ранд долго и серьезно размышлял, прежде чем отправить Наришму за Калландором. И, несмотря на то, что Пророчества утверждали, что этот человек последует за ним, Наришма сейчас занят совсем другим. Ранда окружал густой лес колонн из красного камня, они исчезали вверху во тьме, где скрывались незажженные золотые светильники, сводчатый потолок и огромный купол. Не только шаги Ранда гулко разносились по залу, но и шорох мягких сапожек Дев тоже отдавался эхом. Здесь он не чувствовал себя запертым в крохотном кубике.

Мин спрыгнула вниз сразу за Рандом, пристально вглядываясь в темноту, – в каждой руке она сжимала по метательному ножу. Однако Кадсуане, стоя у края врат, заметила:

– Мальчик, я прыгаю, только когда другого выхода нет, – и протянула руку, ожидая, что Ранд поможет ей спуститься.