«И запоминаю то, что вижу. Мне, так или иначе, необходимо учиться, чтобы быть способной помочь Лорду Дракону. И разглядела я больше, чем ты думаешь». – Из горла Мин донесся звук, весьма напоминающий рычание, а узы переполнились гневом, но желтоволосая женщина не обратила на нее внимания. – «Вы не рассержены на меня?» – с беспокойством спросила она Ранда.
«Я не сержусь. Учись всюду, где только можно. У тебя это здорово получается».
Аливия покраснела и потупилась, словно девушка, смущенная неожиданным комплиментом. Густая сеть морщинок разбегалась от уголков ее глаз, но иногда трудно было вспомнить, что она на сотню лет старше любой живущей Айз Седай. Она вела себя скорее как молодая женщина, на пять-шесть лет младше его самого. Он обязан отыскать кого-то, способного научить ее большему.
«Ранд ал’Тор», – разгневанно начала Мин, сложив на груди руки, – «только попробуй позволить этой женщине…»
«Твои видения никогда не ошибаются», – прервал он, – «то, что ты можешь разобрать в них, всегда случается. Ты пробовала опровергнуть некоторые – и это никогда не срабатывало. Ты же сама рассказывала мне, Мин. Чем этот случай отличается от остальных?»
«Потому что, он должен отличаться», – бросила Мин с отчаянием. Она придвинулась, словно готовилась в любой момент повиснуть на нем. – «Потому что я хочу, чтобы он отличался. Потому что он будет отличаться. Хотя бы потому, что я понимаю не все видения. Кто-то пропадает из моего поля зрения. Я ошиблась насчет Морейн. Я видела множество вещей в ее будущем, но она мертва. Возможно, некоторые из остальных видений тоже не достоверны».
«Только не мое», – задохнулся Льюс Тэрин. – «Ты обещал!»
Легкое беспокойство проступило на лице Логайна, и тот чуть заметно встряхнул головой. Наверное, ему не понравилось, как Мин подвергает сомнению свои способности. Ранд почти пожалел, что рассказал о предвиденном Мин будущем Аша’ману. Хотя тогда это казалось безобидным поощрением. Логайн даже решился затем спросить у Айз Седай подтверждения истинности таланта Мин, оставшись достаточно благоразумным, чтобы попытаться скрыть свои сомнения от Ранда.
«Никак не могу разобраться, что пробуждает в этой юной особе такую страсть к тебе, мальчик», – с легкой задумчивостью произнесла Кадсуане. Она глубокомысленно поджала губы, а затем покачала головой. Украшения вздрогнули и закачались. – «О, разумеется, ты довольно симпатичный паренек, но все же – не понимаю».
Избегая еще одного спора с Мин – девушка предпочитала называть их «разговорами», но он то чувствовал разницу – Ранд вынул послание Верин, и сломал каплю желтого сургуча с вдавленным в него отпечатком кольца Великого Змея. Небрежный почерк Коричневой сестры заполнял большую часть листка. Несколько букв расплылось там, где дождевые капли просочились сквозь бумагу. Он придвинулся вплотную к свету ближайшего фонаря. Тот источал тяжкую вонь прогорклого масла.
«Как я и сказала, здесь я сделала все, что могла. Полагаю, что сумею лучше соблюсти свою присягу вам в ином месте, поэтому забираю Томаса и ухожу, чтобы об этом позаботиться. В конце концов, имеется много способов действовать вам во благо. И столько еще необходимо сделать. Убеждена, что вы можете доверять Кадсуане, и, конечно, нужно прислушиваться к ее советам. Но опасайтесь остальных сестер, не исключая тех, кто дал вам клятву верности. Подобная клятва ничего не значит для Черной сестры, и даже те, кто идут в Свете, могут истолковывать ее таким способом, который вы бы не одобрили. Вам уже известно, что лишь некоторые считают, что их клятва означает абсолютное повиновение в каждой детали. Кое-кто постарается найти и другие бреши. Так что в не зависимости оттого станете вы или нет следовать советам Кадсуане, а я повторяю, что вы должны, последуйте моему. Будьте крайне осторожны».
И простая подпись – Верин.