– Эффизея – интересное имя, с древнего переводится как «ядовитая колючка», – тихо заметила похожая на эльфийку девушка.
Подруга по несчастью? Довольными, что отправляются в Занебесье, эти ведьмы не выглядели.
– Зовите меня просто Эффи, – вздохнула я.
Новая жизнь – новое имя.
– Вот и сложилась еще одна парочка.
Удовлетворенный голос бурундука вырвал меня из воспоминаний.
– Какая парочка? – спросила осторожно.
Он же не копался в моей голове только что? Я давно начала доверять куратору, уважала и ценила, но кое-что должно было оставаться личным, пусть любопытный Чейл так и не считал.
– Я же тебе только что рассказал! – всплеснул лапками бурундук. – Сама же просила историю соблазнителя и профессиональной вдовы.
Порой куратору лучше сказать правду.
– Прости, Чейл, задумалась, вспомнила, как мы с тобой встретились.
Он запрыгнул на сундук и мечтательно протянул:
– Да, хорошее было время. Бунтующая ведьма, не осознающая своего счастья, и я, мудрый, терпеливый, великолепный куратор!
Я швырнула в великолепного диванной подушечкой, которая предсказуемо прошла сквозь него.
– Злыдня, – беззлобно обозвал Чейл. – Ладно, слушай. Графиня Борликея – не совсем графиня, а ее племянница под мороком, которую тетушка принудительно учит азам охоты на состоятельного мужа, о кончине которого никто не будет горевать. Ну а профессионального соблазнителя хорошенько держит за определенное место шантажист, подкидывая время от времени постыдные задания. Сегодня с моей помощью встретились два несчастья, чтобы помочь друг другу и, возможно, остаться вместе навсегда.
Чейл довольно замурлыкал, как большой кот.
Ох уж эти высшие сущности! Обожают вмешиваться в чужие судьбы.
– Чейл, пообещай, что не будешь сводить меня с Фарийским. Мы сами разберемся.
– Вы сами? – притворно удивился бурундук. – Ой, Эффи, да не собирался я влезать в твою запутанную любовную историю.
– Нет здесь любовной, Чейл, – сказала я правду. – Если когда-то я и нравилась Фарийскому, то теперь это остатки старого, криво сработавшего зелья. Нужно снять с него все проклятия, что я навешала по глупости. Сейчас я уже не уверена, что это он сдал нас с Кассием королю.
– Что вы собираетесь охотничий домик превратить в любовное гнездышко, доложил один из телохранителей принца, – сообщил бурундук.
И не сказал об этом мне?! А я двадцать лет думала на Фарийского!
– Я говорил, ты меня не слышала, – хмыкнул куратор. – Тебе нужен был враг. И нет, я не читаю твои мысли, все и так на лице написано.
У-у-у, толстопопый любитель орехов и чужих тайн!
С Фарийским что-то надо делать. У мужика из-за моего бессовестного поступка мозги набекрень: несуществующую дочку требует. Напоив двумя зельями, себе не помогла и ему жизнь испортила. А еще столько всего нехорошего нажелала! Вон, стал охотником на монстров, которых я ему в сердцах сулила. Хорошо, что самое страшное не исполнилось – не женился на бессердечной стерве.
И хорошо, что я в него не влюбилась. А ведь была близка к этому.
Попав в Занебесье и чуть привыкнув к изнуряющим занятиям, я стала просыпаться посреди ночи. Мне снился Фарийский. Его смущающие слова, уверенные ласковые руки. Сильное смуглое тело. И поцелуи. Сотни поцелуев, полученных в одну единственную ночь. И нежных, и пылких, и жарких… Всяких.
Меня накрыл голод. Голод по его рукам, губам, нежности. По его заботе и даже подколкам. Я не находила места, лежа на узкой кровати, осознавая, кого потеряла, толком не обретя. Понимая, что он далеко. Что мы в разных мирах.
А еще мне нужен был принц. Точнее, статус, который дало бы замужество с ним. Я обязана помочь ведьмам! Я поклялась, что помогу, если представится шанс! И он был, когда в академии из десятков ведьм Кассий выбрал меня.
Йенран… Фарийский был не для меня. И я постаралась забыть. Нашу ночь. Мужчину. Я вырвала с корнями несмелые всходы первой любви, убедила себя, что ненавижу его.
Просто потому, что мне нужен был принц. И я усиленно думала о нем. О том, как стану принцессой, затем королевой и спасу сестер по магии.
Какая же я была глупая!
– Зея, ты готова?
– Почти готова.
Фарийский застыл, словно только сейчас увидев, что на мне лишь нижняя рубашка. Тонкая, честно подчеркивающая изгибы тела.
Не расшифрую выражение лица мага: понравилось ли увиденное? У статуи эмоций больше.
Ой, не о том думаю! Вообще-то, пора поспешить в храм, да и о напавших хаоситах не стоит забывать.
Щелкнула пальцами – сундук открылся. Я бы не выбрала сама вылетевшее первым платье – нежно-голубое в тонкую черную полоску. Его мне подарил Чейл, чтобы «гармонировала с его великолепной шкуркой». А, кстати, где он?
Вопрос озвучил, недовольно нахмурившись, Фарийский:
– Зея, а где твоя ученица? Еще не пришла?
– Я здесь! – пропела моя мнимая ученица, вылетая из соседней комнаты.
Заплетенные в две косы рыжие волосы, скромное зеленое платье в пол и доверчивый взгляд на мага – Чейл явно вознамерился очаровать «отца».
И ведь выходило! Суровая складка у губ мага смягчилась.
