В храме пахло цветами и медом, и тоже было светло. Несколько подруг матери, из числа тех, кто готовил торжество, стояли у чаши хрустально сверкающего фонтанчика. Встретили нас улыбками и одобрительными шепотками.
Кашлянув, я тихо спросила у жениха:
– А моих родителей ты не нашел?
– Нашел, – ответил он и почему-то покраснел.
К беломраморной чаше фонтана подошла пожилая жрица.
– Мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать союз двух душ…
Шум позади. Я обернулась.
В храм торопливо влетели магистр Торвеола и Старшая ведьма поселения.
Родители выглядели несколько… кхм, помято, но счастливо.
Все, они здесь, можно выдыхать.
Жрица неторопливо провела церемонию, дала испить меда с полынной горечью, которую я почти не почувствовала, и окропила водой.
Над фонтаном тотчас зажглись сразу два золотых огонька – и Судьба, и богиня Мать одобрили наш союз. Красивые брачные узоры украсили наши руки.
Когда Йенран нежно поцеловал меня, я испытала настолько сильное счастье, что захотела поделиться им с миром.
Архольм должен очиститься от влияния запертого в нем Хаоса, а ведьмы – все женщины! – получить шанс на счастье.
«Так и будет», – шепнул Вечный.
Чуть позже, когда незамужние ведьмы по традиции примеряли мою шляпу, чтобы понять, как быстро выйдут замуж, мать заговорщицки прошептала:
– Девочки, мы неправильно отстаивали свои права. С магами не нужно бороться… их нужно в себя влюблять и от души влюбляться!
Бегавший под ногами в форме бурундука Чейл весело запищал:
– Даешь каждой ведьме по магу! Ур-ра-а!
Боли я почти не чувствовала – Источник не позволил. Да и восстановилась почти мгновенно и уже минут двадцать просто плавала в мерцающей воде.
Быть хранительницей – не только обязанности, но порой и удивительные, как говорил Чейл, плюшки с орешками.
Я отчаянно трусила выйти из храма и сейчас попросту набиралась смелости, чтобы показаться собравшемуся у ворот народу.
Это же надо было так попасть – начать рожать на центральной площади Чарополя! Меня скрутило в первой схватке, а кто-то решил, что хранительница помирает.
Слух оброс жуткими подробностями, раздулся до драконьих размеров… В общем, как я разрешусь от бремени, ждал не только муж и родные, но и половина столицы.
За несколько лет люди привыкли к благополучию и безопасности и боялись все это потерять.
Король Кассий прислал сразу трех целителей, притом один из них эльф, а второй тролль из враждебного клана. Как только не поубивали друг друга, пока наблюдали беременность Фаярун?
К слову, королева месяц назад подарила супругу еще одну девочку. Теперь Кассий – трижды счастливый отец и, пожалуй, довольный муж.
Фаярун, контуженная темномагическим заклинанием четы Куаритис, так и не вспомнила себя прежнюю и продолжила жить по древним заветам новых родственников – по кодексу чести, в моральной строгости.
Кассий долго добивался ее внимания, выдал замуж всех фавориток и стал верным до абсурда – он даже не смотрел в сторону красивых женщин. Возможно, способствовали этому и названые братья Фаярун – троица могучих троллей, которые решили не возвращаться домой, а оберегать сестру от тлетворного влияния магов.
Принц Гектор в столице почти не появлялся – путешествовал. После сорванных смотрин он лично нашел обиженных распорядителем ведьм, чтобы извиниться и предложить моральную компенсацию. Две отказались, заявив, что непоправимого не случилось. А третья милостиво взяла, добавив, что корона как раз оплатит ей свадьбу. Нет, не с распорядителем-каторжником, а с магом, сопровождавшим ее домой после смотрин. Как и жаловался Элрей, это оказалась очень находчивая девица.
Разъезжать Гектору по Архольму так понравилось, что в Чарополь он возвращался лишь по серьезному поводу – на повторную свадьбу родителей, к рождению сестры.
К слову, о рождениях. Вечный все-таки что-то сделал. Запланировать рождение мага или ведьмы больше нельзя, как и понять, какого пола дитя ждет будущая мать. И чем сильнее любят родители друг друга, тем одареннее их дети.
– Эффи, вылезай из Источника, иначе у тебя сейчас полезет магия из ушей, – пошутил куратор.
Он явился, чтобы помочь в случае осложнений. Все же беременная хранительница – это редкость. К счастью, роды прошли благополучно и быстро.
– Чейл прав, – согласилась мама, завязывая пышный бант на белоснежном свертке. – Пора выходить.
– Идите, я сейчас, только надену сухое платье.
Задержавшись, я все-таки не хотела пропустить самое интересное: первую реакцию Йена. Попросила Источник – и увидела все, что происходило за дверью.
Первой вышла мать. Новоявленный дедушка бросился к свертку.
Нервно сжимая магистерский амулет, мой супруг тревожно спросил:
– А Зея где? С ней все хорошо?
– Да что с ней сделается? – пожала плечами мама и передала сверток моему агукающему отцу.
– Ребенок тоже в порядке? У меня дочь? – Йенран не мог расслабиться и поверить, что все позади. Чуял подвох…
Его теща, истинная ведьма, загадочно улыбнулась.
– Сын? – удивился Йенран, который почему-то был уверен, что мы ждем девочку, и уже придумал ей имя.
Мама снова улыбнулась.
– Нет? – ошалел мой супруг. – А кто тогда?!
