И теперь эта сотрудница, которая не понимала важности моей проделанной работы. А я в отличие от неё понимала. В их системе зияла огромная дыра: студент, которого отчисляли из-за долгов, был исключён в обход библиотеки. И сдать книги был не обязан.
Я вытрясла книги из тех, кто был в списке на отчисление.
И вот она благодарность!
Из хранилища книг вышла заведующая. Эх, жаль, что не она изначально сидела у стойки, потому что она была куда приятнее, чем Дарья. И проблем бы возникло гораздо меньше. И относилась ко мне иначе.
– Что за шум без драки? – поинтересовалась она.
– Я увольняюсь! – крикнула Дарья, театрально соскочив с места. – Эти студенты совсем оборзели! Никакого уважения! – с этими словами она скрылась с наших глаз.
На мгновение в библиотеке воцарилась тишина. Мы были единственными посетителями. В большую перемену большинство студентов предпочитали посещать столовую.
– Тяжело быть старой девой, – покачал головой Владислав, пошутив, чтобы хоть как-то понизить градус неловкости.
– Тяжело быть истеричкой, – тяжело вздохнула женщина, коротко кивнув. А затем она заметила меня, и её лицо расплылось в улыбке: – О, Зайцева, луч света в этом тёмном царстве. Рада тебя снова видеть. С чем пожаловала?
– Да вот книги вам занесла. Стрясла с должников группы. Надеюсь, они их не сильно просрочили, – указала на стопку, чем только сильнее порадовала Тамару Дмитриевну.
Лучезарно улыбнувшись, женщина приняла книги, как особый дар, поскорее обработав каждую, а затем протянула мне квиток бумаги, на котором я поставила подпись, что именно я сдала это всё.
– Ох, Зайцева, я могу лишь сказать тебе спасибо, что ты есть! – улыбнулась женщина. – Не желаешь что-то взять?
– Нет, спасибо, – покачала я головой.
– А вы, Владислав Павлович? Давненько вы что-то на наш этаж не захаживали. На втором, говорят, обосновались, – усмехнулась, услышав это замечание. Тамара Дмитриевна умела создавать неловкие ситуации.
А ещё мечтала всех переженить, потому что любовь и семья для неё всегда были превыше всего.
– Ну, сейчас именно на втором этаже нужная мне литература. Просто стараюсь своим студентам преподать более свежую информацию, – смущённо ответил он.
Больше Тамара Дмитриевна ничего не успела сказать. Появились посетители, и мы, попрощавшись, как можно быстрее ретировались.
Некоторое время мы шли в полной тишине. Мне не хотелось прощаться, и я нашла это чувство странным, но тема для разговора в голову так и не пришла.
– Это… насчёт Дарьи и… – начал было мужчина, но осёкся.
– Если тебе стыдно, что сотрудница библиотеки так открыто с тобой флиртовала, то я тебя обрадую. Или огорчу. Она флиртует так с любым представителем мужского пола. Чаще всего со старшекурсниками. Моему другу Юре, который отслужил в армии тоже знатно досталось, – рассмеялась я, вспомнив ту неловкую ситуацию.
А также то, как громко он эмоционировал, злясь на эту самодовольную женщину.
Бедняга, до сих пор на первый этаж библиотеки не ходит.
– Ох. Мне стало гораздо легче, спасибо, – выдохнул Владислав Павлович. – И, вместе с этим, ты только что унизила моё мужское достоинство и самолюбие.
– Не переживайте. Зная вас, ваша самооценка в скором времени придёт в норму, – усмехнулась я.
Я вдруг нашла это привлекательным: бесить и подкалывать именно этого мужчину. Наше общение сейчас значительно вышло за рамки преподаватель – студентка. Я это понимала, но мне было комфортно.
– Ладно, Ира. Мне пора, – мы остановились посреди пустого коридора.
Все студенты уже были на парах, а у меня они закончились.
И тут случилось неожиданное. Владислав Павлович взял мою руку, погладив большим пальцем мою ладонь, а затем, поклонившись, поцеловал её.
Обескураженно застыла посреди коридора, глядя мужчине вслед. От его прикосновения по коже побежали приятные мурашки.
Вот, блин!
Ирина
Не знала, что делать. Не знала, как справиться со своими эмоциями. Безумный ураган обрушился на мою голову, и теперь я откровенно сходила с ума, пытаясь с ним совладать. Но… у меня ничего не выходило. Чувствовала себя совершенно беспомощной. Полной идиоткой.
Никому не рассказала о произошедшем в библиотеке, а также что случилось неё. Не была готова делиться своими эмоциями. Этот короткий поцелуй… Разве я могла о нём хоть кому-то рассказать? Если честно, я жуть как боялась Катиной реакции. Не хотела видеть округлившиеся глаза Орика.
А ведь Лена предупреждала!
Внезапная догадка озарила меня, когда субботние пары подошли к концу. Я быстро побросала свои вещи в сумку и умчалась под удивлённый взгляд Кати. Похоже, ещё немного, и она посчитает меня сумасшедшей.
Уже на остановке набрала Лене. Та очень удивилась моему звонку.
– Ленин, мне надо срочно с тобой поговорить!
«Ленин» вырвалось как-то само собой. Но сестра лучшей подруги очень любила командовать и умела это делать. Похоже, я только что случайно дала прозвище девушке, как когда-то Юре.
– Насколько срочно? – тяжело вздохнула она.
– Настолько, что у меня горит задница! Буквально! – выкрикнула я, не обращая внимания на взгляды прохожих, которые уже давным-давно посчитали меня сумасшедшей.
