– Зайцева? Входи, я как раз взял твою ведомость, – мужчина потряс передо мной листком бумаги, где вскоре будет вписана мои фамилия и имя.
– А почему вы решили повысить мне оценку без передачи? – замялась я, зажав в руках несчастную зачётку, средний бал которой обещал вновь стать 5.0.
– Потому что был не прав и признаю это, – нехотя заявил мужчина. – Всё познаётся в сравнении, Ира.
Вздрогнула, потому что ещё ни разу не слышала уменьшительно-ласкательное имя от него в мою сторону. Неожиданно. Приятно. Странно.
Слишком много нелепых чувств обрушилось на меня от столь невинного жеста. Кажется, я начинала сходить с ума. Лена предупреждала о последствиях. Они застали меня врасплох, и теперь я не знала, что с ними делать.
Похоже, Лена была единственная из нас, кто мог здраво рассуждать и думать наперёд. Предугадывать. Неужели, мы с Катей были настолько молоды или так неопытны?! Но это же глупо!
– В смысле? – тихо выдала я, положив зачётку на стол, за которым сидел преподаватель.
– Я уже говорил, что ваша группа была одна из первых, кто сдавал у меня зачёт. И я был слишком требователен и хотел видеть идеальные знания. Но ничего идеального нет. Я это понял совсем недавно. И это нечестно по отношению к тебе, что с такими знаниями, как у тебя, я ставил пятёрки, а тебе влепил четвёрку.
Его пламенная речь нисколько не растрогала меня, наоборот лишь немного разозлила. Но я осталась стоять с равнодушным и непроницаемым лицом. Просто не хотела показать свою слабость перед сущим дьяволом.
– Главное, что вы признали свою ошибку, – тяжело вздохнула я, наконец, отметя кучу фраз, потому что многие из них были либо очень грубые, либо нецензурные. – Но я по-прежнему могу пересказать все темы, которые вы читали в прошлом семестре. Пересказать, не готовясь.
– Самоуверенно, – кивнул он. – Но не стоит, – коротко отмахнулся. – Просто понимаешь, – мужчина открыл мою зачётку и начал вписывать туда новую оценку, – к отличницам вроде тебя я отношусь чуть более предвзято.
– Почему? – обескуражено и непонимающе спросила.
– Потому что отличники не должны разрываться. Знания можно потерять, погрязнув в тусовках, веселье и прочем, – после чего он вписал номер моей зачётки в свой бланк.
Всё. Назад пути нет. Осталось донести бланк в деканат.
– О, вы, как и другие, судите очень предвзято, не зная истинной причины, – завелась я, сдавшись. Мне вдруг захотелось выговориться. – Профком и увеличение стипендии – на данный момент мой единственный способ заработать хоть какие-то деньги. Но таким людям, как вы, лишь бы повесить ярлык на человека! – прекрасно понимала, что говорю лишнего, но остановиться уже не могла. – И вы срезали целую тысячу рублей ежемесячно из моего бюджета!
Владислав Павлович посерел, не зная, что и сказать. Он просто молча наблюдал за мной, не говоря ни слова. Неужели понял какую ошибку совершил? Или понял, что не хочет менять мою оценку?
Плевать.
Я наконец-то высказала то, что давно хотела.
– Вот ваша пятёрка, Зайцева, – непроницаемым тоном произнёс он и вручил мне зачётку.
Поблагодарила мужчину, показательно фыркнув. Поспешила ретироваться из его кабинета. Настроение упало, и я не хотела закатить истерику прямо здесь перед не неприятным мне человеком.
Владислав
Похолодел, когда узнал от Зайцевой, что стипендия и деньги от профкома – единственное, на что она могла рассчитывать. Почувствовал себя последним козлом на Земле.
Чёрт. Нет, наверное, сравнение меня с козлом сильно оскорбило бы невинных животных.
В мгновение возненавидел себя. Дурак. Идиот. Предвзятый и принципиальный пень. Как же я мог не заметить очевидного? Теперь понятно, почему девушка так морщилась, когда я спрашивал её о родителях.
Можно появиться на свет в полноценной семье, но не рассчитывать на помощь своих родственников. Ужасно. Ведь в отличие от сирот, таким детям никогда не оказывают никакой помощи со стороны, и приходится выживать самостоятельно.
Выпендрился, поставил зазнайку на место, влепил ей незаслуженную четверку и доволен? Да пошло оно… в пень!
Я ведь тогда и представить не мог, что такое вообще возможно. Идеалист. Моя семья всегда поддерживала меня в абсолютно любых моих начинаниях. Я ведь даже представить себе не мог, что где-то может быть совершенно иначе!
И сейчас есть только одно, что я мог хоть немного исправить.
Позвонил Максу и попросил встретиться. Кое-как согласовав наши рабочие графики, договорились увидеться в среду вечером в ресторане, на котором настоял друг.
Пришёл совершенно без аппетита, с отвращением глядя на предложенное мне меню.
– Ну-с, у тебя есть какие-то новости? – Макс не стал тянуть и прыгнул с места в карьер. – Иначе бы ты не просил о срочной встрече.
– Да. Есть. Одна, – делая паузу между словами, отчеканил я. Ещё не знал, как сказать другу о спонтанном решении. Я принял его и не собирался отступать.
– Я тебя внимательно слушаю. Неужели, Зайцева упала к твоим ногам, когда ты поставил ей пятёрочку? – пропел он, с удовольствием наслаждаясь запахом дорогого вина.
