Каждая прибывающая семья торжественно встречалась магическим салютом, а на крепостной стене во всю длину расправлялся гигантский стяг, повторяющий цвета родового герба. Над дозорной башней реяло знамя рода Ханноров - на зеленом поле перекрещивались две серебряные руки. Под порывами ветра полотнище приходило в движение и казалось, что змея, оплетающая запястья, оживает.
На время праздника «говорящие с погодой» очистили небо, а потому светило ласково делилось последним теплом, хотя ночами природа брала свое - все дорожки заносило ледяной крупкой, которая немедленно таяла, стоило Тарилле показать свой лик. Горные вершины уже давно надели снежные шапки и со своей высоты безразлично взирали на снующих по крепости людей.
Те старались сделать праздник как можно ярче. Снопы сена, украшенные разноцветными лентами, стояли то тут, то там, в глубоких чашах лежали фрукты на любой вкус, а на лужайках в нехитрых композициях замерли яркие круглобокие тыквы и капустные кочаны, стыдливо прикрывающиеся сочными листьями - так люди отдавали дань урожайному году.
Застолья превращались в настоящие пиры, где чествовали не только хозяина замка, но и представителей прибывающих на турнир родов. Слуги сбились с ног, и Круст уже на второй день привез людей из соседних деревень, которые тоже были рады заработать и почувствовать дух праздника. Впереди ожидалась долгая зима.
Дозор по случаю праздника был усилен, и там, где раньше несли караул двое воинов, теперь сверкали начищенным оружием трое-четверо. Опасность вылазки урийцев сохранялась, тем более что в крепость прибывали такие знатные особы, что выкуп за них мог бы стать баснословным. Старожилы помнили, как во время турнира, устраиваемого леди Карторой, похитили наследницу рода Прорицателей, которые, вопреки своему дару, не смогли предсказать ни ее похищения, ни места последнего приюта. Прекрасная Шальдия так и не вернулась в лоно семьи, сгинула где-то в урийских степях.
Поначалу Юля пыталась помочь рвущимся на части слугам. Если не мести дорожки и расстилать простыни, то хотя бы украшать замок принесенными из леса хвойными ветками, но Зайрис и Круст, сделав неприветливые лица, вежливо посоветовали найти себе другое занятие.
О, занятие у Юли было!
Михайка из-за праздника уже не мог так часто прибегать к ней в западный дом, поэтому она тренировалась сама. Закрывшись в подвале, Юля отрабатывала упражнения с небольшим мечом, принадлежавшим когда-то Карторе, и орудовала пикой, истыкав и без того драный гобелен с изображением «Ждуна».
Нет, она не забыла Тору и часто прибегала к ее помощи, но та сражалась как женщина, а Михайка вел бой сообразно мужской логике. И потом, он часто видел милорда в деле и мог подсказать его особые приемы. Для Юли стало неожиданностью, что Изегер свободно владел обеими руками и легко перехватывал меч.
Михайка сначала с сомнением отнесся к тому, что Юля сможет удержаться на ногах и при первой же атаке не рухнет замертво от испуга, и еще больше скривился, когда ученица заявила, что выйдет на бой в доспехах Карторы, которые весили не меньше двадцати килограмм.
- Зачем тебе? Тяжело и двигаться неудобно, - он рылся в сундуке, откуда одну за другой вытаскивал какие-то тряпки.
- Красиво! - Юля погладила длинный хвост ирокеза, прикрепленного к шлему.
- Шлем можешь оставить, а вот остальное ни к чему. Кольчуга и хорошая защита для рук - этого достаточно. Лучше щит себе подбери, хоть прикроешься им.
- Ты меня недооцениваешь. И что это за лосины?
- Может, в юбке пойдешь?
- А что? В том краю, где я жила, даже мужчины носят юбки. Шотландцами называются.
- У нас шкотланцев нет, - тут же исковеркал незнакомое слово Михайка. - А если ты выйдешь в юбке, то милорд даже с места не встанет, чтобы ответить на твой вызов. Так что выбирай: красуемся или бьемся?
- Бьемся.
- Тогда вот эти штаны нужно постирать, а тунику почистить. Завтра чтобы все было готово.
- Ватник какой-то, а не туника, - Юля поймала хмурый взгляд «учителя» и опустила забрало понравившегося ей шлема, который успела надеть на голову. Из глубин «ведра» донесся ее искаженный голос: - Слушаюсь и повинуюсь, мой господин.
- И шлем лучше другой подобрать, - Михайка хмыкнул, заметив, как скособочился ирокез. - Не видишь, велик? И даже подшлемник не спасет.
- А я так его хотела... - Юля и сама убедилась, что она стоять ровно не могла, не то, что двигаться. Длинный хвост так и тянул опрокинуться на спину.
Михайка опять нырнул в сундук, пошурудил там и извлек на свет что-то переливающееся, похожее на рыбью чешую.
- Эльфийская кольчуга, - с придыханием произнес он, разворачивая рубашку до пят. - Я о такой только слышал. Легкая и прочная. Ее ни один меч не возьмет...
Юлька тут же отшвырнула шлем, который рядом с изысканным плетением действительно смотрелся ведром.
- И даже Гестих? - по-деловому поинтересовалась она, перехватывая сверкающий доспех и прикладывая его к себе.
- И даже Гестих...
