- Ты обязательно к нему попадешь. Только король может снять строн и сделать тебя свободной.
Глава 25. Накануне
Против бастарда короля Изегер смотрелся деревенским парнем. Широк в плечах, обветренное лицо, загар, не сходящий даже зимой, простоватые манеры, которые столичный двор вылизал у принца до утонченности. У бастарда гибкая фигура, небольшой рост, длинные гладкие волосы чуть ли не до поясницы, светло-серые глаза и приподнятые брови, словно отпрыск Элькассара Третьего все время боялся наступить ногой в расшитом золотом башмаке в навоз.
«А эти глупые курицы ахают... И чего в нем находят? Да он нормального меча поднять не сможет, вон, болтается у задницы клинок размером с мою зубочистку», - Изегер бросил взгляд на служанок, перешептывающихся у стены. Тройной салют подсказал им, что милорд вышел встречать королевскую кровь.
Младший сын, чья мать была яркой представительницей эльфийской семьи, лишь недавно перебрался в Агрид, поэтому чурался здешних порядков и воротил нос от местных женщин, в коих не наблюдал никакой утонченности.
- Кларидий! - на лестнице показалась Дэйте, которая приехала часом ранее. - Какими судьбами?
Она шла, подхватив подол длинного платья цвета утренней зари. Выбирая столь нежный цвет, Дэйте хотела выглядеть привлекательнее, но проиграла - замазанные на лбу юношеские прыщи стали еще заметнее.
- Душа моя! - бастард вытянул в приветствии руки, но не обнял «душу», а положил их на плечи, сознательно создавая между собой и наследницей рода Выращивающих Саар максимальное расстояние. Он не понимал панибратскую привычку целоваться при встрече. - Когда я летел сюда, то преследовал две цели! Посмотреть на удаль лорда Ханнора и оценить твою неувядающую красоту.
Дэйте широко улыбнулась.
- Почем нынче лесть при дворе? - спросила она. Немигающий взгляд умудренного жизнью человека вызвал бы озноб у кого угодно.
Но только не у принца.
- А почем ныне бессмертие?
- Всему отмерена своя цена, Кларидий. Для Изегера зерна саара и бесплатно не жалко, а для Сытого императора всего его богатства не хватит.
- Я ценю твой патриотизм.
Пустая болтовня лорда Ханнора раздражала. Он, вынужденный терпеть светскую беседу, с тоской посмотрел в ту сторону, где за деревьями скрывался западный дом. Нахмурился, увидев, что Михайка и Джулия куда-то тащат огромную корзину.
«Что они опять задумали?»
То, что Михайка бегает к девчонке каждый день, Изегер уже знал. Однажды даже подсмотрел, появившись через разрыв пространства в подвале, где хранился старый хлам. Замерший в стойке конь прадеда надежно скрыл лорда от глаз странной парочки. И что он увидел? Оба сидели на сундуке и облизывали леденцы на палочке. Сущие дети. И разговоры были такие же. Михайка рассказывал об Алельке, которая еще не знает, что ему не нужен ее шарф, и в лицах представлял, как у его друга вытянется физиономия, когда тот увидит, кто стал его дамой сердца, а девчонка смеялась словно она дурочка.
И так хорошо им было вдвоем, что Изегер пожалел, что не он тот самый мальчишка, который сидит рядом с Джулией, лижет леденец и без стеснения толкает ее плечом.
- Скажи, да?
- О, да! Сипитка пятнами от зависти покроется!
«Надо бы посмотреть, куда они потащили корзину».
Лорд Ханнор вздохнул и сделал вид, что слушает неторопливую речь столичного фазана.
Выбраться удалось только через час. На крепость опустились облака, что стряхнули с себя скалы, и лорду казалось, что он идет по пояс в молочной пене.
Он остановился у западного дома и прислушался. Нет, Джулия еще не вернулась.
Поднял голову, заметив свет на втором этаже. У окна стояли Тени.
Тиль Грасси радостно помахала рукой, а Картора сначала погрозилась клюкой, а потом ткнула ею в ту сторону, куда правнуку следовало идти. Он сдержанно кивнул и направился к дальней башне, откуда тянуло дымком.
Ветер, словно нерадивый пастух, обнаруживший вдруг, что его стадо разбрелось, кинулся разгонять облака. Они уходили неохотно, оставляя на пожухлой траве капельки влаги.
- И вот он пробрался через колючие заросли и обнаружил, что во дворце все спят, - девчонка и Михайка сидели на обрубке дерева. Их плечи накрывало одно одеяло на двоих, и каждый держал в руках по прутику, которыми они тормошили золу догорающего костра. - Бродил принц по замку, бродил и в одной из пыльных комнат обнаружил спящую красавицу. Как только он ее ни будил, ничего не получалось.
- А водой из ведра пробовал окатить?
- Фу, Михайка! Как можно?
- Да ладно. Я спросил просто. Моя матушка отца ледяной водой поднимает. Когда он после запоя на крыльце валяется...
- Но принцесса не после запоя уснула-то...
- Да понял уже. Так принц добудился или не солоно хлебавши домой отправился?
- Тебе невозможно сказки рассказывать, - Юля надула губы. - Вечно все перевернешь.
- А ты лучше еще раз расскажи, как облила Эрдис кремвилем.
- Сколько можно?
- Я на твоем месте все-таки пошел бы и разобрался с трактирщиком. Как пить дать, это он подсунул кувшин.
