Как хорошо, что эти способности отца к Поцелую достались именно ему, бастарду. А ведь он ни разу даже в руках не держал настоящий родовой амулет. Но ничего, король обещал выдать какой-нибудь из запасников Магистра. Осталось только выполнить условие отца: повести под венец ту, в которой и капли нет эльфийской крови. А в Агриде кругом одни коровы. Похоже, эта гордая коза и есть та самая, которая придется ему по нраву. И поддразнивать ее так интересно.
- И что ты сделаешь? - спросил во второй раз, не спеша разыгрывать свою карту. Куда торопиться? Девчонка теперь в его власти. Кто посмеет противостоять сыну короля? Они, дети Элькассара Третьего, неприкосновенны. Разве что в любовной игре можно позволить себе что-нибудь эдакое... Для возбуждения лишь... Для остроты чувств...
- Я... Я убью вас!
Легкая улыбка осветила лицо принца.
Спасибо Магистру. Подсказал, что стоит съездить на Южную границу и посмотреть на местный турнир. В каком месте, как не в горах, где даже воздух пьянит, можно встретить таких смелых женщин?
- Чем? Вот этими руками? - он дотронулся до тонких пальцев, которые непонятно каким образом смогли удержать меч. Схватив за запястье, поднес руку девчонки к своему лицу. Заставил ее ладонь пройтись по гладковыбритой щеке, с наслаждением вздохнул аромат испарины, выступивший в ямочке между ключицами, крепко прижал гибкий стан к своему телу.
Неторопливо поцеловал в шею. Вкус влажной кожи был сродни афродизиаку. Необычно, возбуждающе. Женщины, которых бастард целовал до этого, пахли благовониями, цветочной водой, а эта попала к нему сразу же после боя, когда еще не успел выветриться запах азарта...
Проклятая кольчуга мешала Юльке ударить похитителя в пах.
«Но не ждать же, когда он меня разденет?»
Юля напряглась и попыталась разорвать плотный обхват рук, ведь насильник уже присосался к ее шее.
«Блин, как здешние женщины выживают? Что ни желание мужчины, то обязательно какие-нибудь последствия. То рожать надо, то от любви не пойми к кому маяться. А от этого дрожь по телу: словно медом обмазывает, а потом слизывает. Чертов бастард!»
И где та сила, что кипела в ней до боя?
Ушла вместе с покалывающими мурашками?
«Дотянуться бы хоть до какого-нибудь предмета, чтобы огреть как следует. А тут под руками только обруч. Обруч?»
Юля пошевелила пальцами той руки, которую все еще держал в плену принц, дотянувшись до его уха, нежно погладила.
«А дикая кошка чувствительна. Еще до губ не добрался, а она уже потекла», - бастард хватку не ослабил, но позволил ее рукам зарыться в своих волосах.
- Ах-х-х... - произнесла «кошка» сладким голосом и вдавилась в его тело так, что повторила каждый изгиб.
«Сейчас поцелуемся и начнем раздеваться», - иронично хмыкнул принц и оторвался от шеи пленницы. Его глаза скользнули по губам дикарки, по выступившим капелькам пота над четко очерченной линии верхней губы, по чуть более пухлой нижней.
И вдруг дикарка открыла глаза. Холодом обжег бастарда непокорный взгляд. И это было таким контрастом к расслабленной позе девы-воина, что принц не заметил, как ее рука, которую он, отдаваясь ласке, выпустил, метнулась к короне.
Искры из глаз заставили бастарда схватиться за лицо. Ему показалось, что обруч, по которому шла россыпь алмазов, распорол его щеку на две половины.
- А-а-а-а! Тварь!
Она заметалась, не найдя выхода. Дверей словно и не было, лишь гобелены кругом.
Встала за одним, затихла.
- Выходи! Тебе от меня не убежать, - он опять играл. Оторвавшись от зеркала, в котором отразилась лишь царапина, от которой через пару дней не останется и следа, бастард успокоился.
«Кошечка показала свои коготки? Ну-ну!»
Нет, он не будет ее целовать. Во всяком случае не сейчас. Зачем ему покорная раба, валяющаяся в ногах? В каждой магии есть своя прелесть, но есть и обратная сторона. Поцелуй делает женщину доступной, но такие быстро надоедают. Сколько их было у него? Десятки? Сотня? Он даже готов не прикасаться к ее губам, лишь бы оставалась такой же свободолюбивой и недоступной. Так волнительно с такими играть...
- Кис-кис-кис...
Он тронул один гобелен, второй.
Тихий шорох справа - бастард метнулся туда, но нет, опоздал. Затаилась где-то. Даже не дышит.
- Кто встанет у меня на пути, если я захочу тебя забрать? А я захочу...
Она молчала.
- Я не стану тебя обижать. Я, может быть, даже полюблю тебя.
- Я замужем...
Он кинулся на голос, но наткнулся на глухую стену.
- Не лги. Лорд Ханнор сказал, что ты ничья.
Она сидела в нише за кроватью. Бастард срывал один гобелен за другим. Он устал от им же устроенной игры.
«Лорд Ханнор сказал, что ты ничья».
Юля прикусила себе ладонь, лишь бы стоном не выдать того отчаяния, что колотилось в ней. От нее в очередной раз отказались. Отдали, словно вещь, в руки полуэльфа, для которого женщина вообще ничего не стоит.
Бастард перешел к другой стене, оставив за спиной выход на свободу. И как она, скользя за гобеленами, не заметила приоткрытую дверь? Оценив расстояние до нее, Юля рванула с места.
Принц только того и ждал. Поймав ее за волосы, потянул на себя так сильно, что она едва не опрокинулась...
