– Я знаю, что такое лёд, офицер, – вежливо кивнул верховный. – Я не только религиозный деятель, но и учёный. Однако, учитывая пробелы в нашем с вами общении, я принял вашу информацию и благодарен вам за беспокойство. Боюсь, наши скафандры не смогут обеспечить нас постоянной защитой. Но ваши техники уже разработали систему переходников под нужды нашего оборудования. Так что, я думаю, проблем не будет.
– У меня один вопрос, если вы не против, верховный, – всё так же предельно вежливо произнёс собеседник. – Вы впадаете в спячку при низких температурах?
– Нет. Мы становимся медлительны, малоподвижны, но в спячку не впадаем, – ответил техножрец, чуть прищёлкнув клыками. В переводе на человеческий язык это означало ироническую усмешку.
– Тогда, раз вы готовы к перелёту, я хотел бы попросить вас познакомить меня с вашим преемником, – внезапно попросил верховного собеседник.
– Зачем? – растерялся техножрец.
– Моё командование считает, что ему надлежит встретиться с остальными членами комиссии по освобождению пленных.
– Но ведь их уже передают вам.
– Да, но все эти люди являются жителями других секторов обитания людей. А значит, их чиновники должны иметь доступ к переговорам по возвращению своих людей.
– Но ведь переговоров как таковых нет.
– Но передача проводится, – вздохнул человек. – Поэтому я и вынужден настаивать на его встрече с этими чиновниками. Пусть даже всё ими сказанное окажется пустой болтовнёй. Он должен сказать им об этом сам.
– Кажется, я начинаю понимать, – помолчав, кивнул верховный. – Эти чиновники, не будучи военными и не имея доступа к нашим с вами договорённостям, нашли способ оказать давление на ваше командование. И теперь вам приходится выводить их на того, кто заменит меня.
– Отдаю должное вашей сообразительности.
– А если всё сказанное этими чиновниками покажется ему неинтересным?
– Он может послать их куда подальше. Главное, чтобы это было сделано им лично.
В голосе собеседника верховный ясно расслышал злорадные нотки. Выходит, согласия между образованиями под названием государства среди общей расы людей нет. Отметив этот факт краем сознания, верховный сосредоточился на главном вопросе.
– Когда я должен буду прибыть на ваш крейсер, офицер? – осторожно уточнил он.
– О времени старта вам сообщат дополнительно. Но, думаю, лететь на крейсер вам не обязательно. Шаттл заберёт вас прямо с борта линкора. Заодно у вас будет возможность проверить, всё ли нужное вы взяли.
– Хорошо. Так действительно даже проще, – быстро обдумав предложение, кивнул верховный.
– Так я смогу увидеться с вашим преемником?
– В этом нет необходимости, – небрежно отмахнулся техножрец. – Он явится на ближайшую передачу рабов, и там чиновники смогут сами договориться с ним о дальнейшей встрече.
– Вы обещаете? – спросил собеседник так, словно не поверил собственным ушам.
– Слово чести, офицер, – кивнул верховный.
– Благодарю. Тогда до связи, – закончил разговор человек, и монитор погас.
Верховный сдёрнул с головы гарнитуру и не глядя протянул её связисту. Аккуратно забрав прибор, молодой ксенос не удержался и, чуть коснувшись когтем рукава хламиды техножреца, тихо спросил:
– Верховный, неужели у расы не было ни одного шанса избежать позора?
– О каком позоре ты говоришь? – не понял верховный.
– Мы, ксеносы, вынуждены принимать условия мягкотелых. Разве это не позор?
– Люди выдвинули только одно условие. Отдать им рабов. Разве ксеносы не поступили бы так же, окажись наши боеособи в плену? – устало ответил техножрец.
– Наверно, – подумав, кивнул офицер.
– Так в чём же тогда позор? На мой взгляд, это удачный обмен. Люди сделали и устанавливают на наши корабли более мощные двигатели и накопители, а мы возвращаем им их же рабов. Но самое главное, нам удалось таким образом избежать войны на уничтожение. Ведь начни мы войну, и сражаться ксеносам пришлось бы сразу против двух противников. Против людей и против иных. К сожалению, и в том и в другом случае мы проигрываем по своей технической оснащённости. Или ты не видел, что случилось с нашими кораблями?
– Видел, – мрачно кивнул связист. – Но я всё равно не понимаю, почему мы вынуждены принимать их условия так безропотно.
– А кто сказал, что мы выполняем все их условия?
– Я слышал, как этот мягкотелый смел разговаривать с вами.
– И что?
– Он не проявлял должной почтительности.
– Ты не понимаешь главного. Для людей мы не являемся теми, кем являемся для ксеносов. Им всё равно, что я верховный техножрец линкора и личный советник командующего пограничным флотом Ксены. Им это ни о чём не говорит. Но при этом он был вежлив со мной, как был бы вежлив с равным себе. У людей всё не так, как привыкли видеть мы.
– Хотите сказать, что союз с мягкотелыми выгоден расе? – насторожился связист.
– Именно. Ты даже не представляешь насколько. Надеюсь, очень скоро ты сможешь сам убедиться в моих словах, – закончил свою речь верховный. – А теперь позови носильщиков.
