– Вообще-то, вряд ли он нам пригодится. У меня самого есть номера получше. – Он снова замолчал, слушая, открывая вкладки на экране. – Нет. Это у меня есть. Боюсь, вы ничем особо не сумеете мне помочь. Очень жаль, учитывая ваше желание быть полезной. Я бы не отказался от ребят покруче, тем более там будет кое-что как раз по их части. Думаю, дело так или иначе дойдет до них, но крутые ребята сразу были бы очень кстати. – Гаррет снова замолчал. – Да. Конечно. Пожалуйста. Доброй ночи.
Он снова тронул клавиатуру, фотография исчезла. Глянул на Холлис:
– Нежданчик.
– Это была она, на фотографии?
– Скорее всего.
– Чего она хочет?
– Она кое-что предложила. Того, чего мне бы особенно хотелось, у нее нет, но, возможно, она сумеет добыть.
– Ты мне не скажешь?
– Только потому, что тебе безопаснее этого не знать. – Он отвел ее волосы с лица. – Ты знаешь, что взяла бы с собой, если бы уходила отсюда навсегда? Не больше, чем сможешь нести бегом.
– Навсегда?
– Вероятно, нет. Но лучше на всякий случай считать, что ты сюда не вернешься.
– Авторские экземпляры точно не возьму. – Она показала на коробки.
– Правильно. А если серьезно, давай собирайся.
– Я никуда без тебя не пойду.
– Мы уходим вместе. Собирайся, пожалуйста.
– Этот вели́к? – (Показывая свой чемодан на колесиках.)
– В самый раз, только тяжело не нагружай.
– Это как-то связано с тем, что она тебе сказала?
– Нет, – ответил он. – Это потому, что я думаю, время поджимает. Собирайся.
Холлис поставила пустой чемодан на ближайшее кресло, расстегнула и начала выбирать вещи из ящиков гардероба. Положила трикотажную трубу – подарок модельера «хаундсов». Пошла в ванную, забрала вещи с раковины.
– Как Франк? – спросила она, возвращаясь.
– Жалуется, но пусть привыкает.
На столике у кровати стояла фигурка синего муравья. Холлис взяла его. «Ты со мной», – сказала она мысленно, к собственному удивлению, и отнесла его вместе с косметикой и зубной пастой к чемодану.
– Франку не нужны какие-нибудь контрольные осмотры после нейрохирургии?
– Женщина на Харли-стрит, – ответил Гаррет, – как только найду время.
– И когда это будет?
– Когда все закончится.
Зазвонил телефон. Еще один вариант «старого звонка». Не ее. Гаррет вынул телефон из кармана, поглядел на экран. Ответил после третьего сигнала.
– Да? С этой минуты? Место? Нет? Критично.
Он нажал отбой.
– Кто?
– Биг-Энд.
– Что?
– Начинаем. Девяносто минут.
– Что критично?
– Мы не знаем, где это будет. Нам нужна открытая местность без людей. Но им это тоже важно. Готова?
– Насколько возможно.
– Надень свитер. Фургон неотапливаемый. – Он достал второй телефон. – Отправить всем. – Нажал несколько крохотных клавиш.
Телефон пикнул.
Холлис оглядела четвертый номер. Обои с насекомыми, полки с бюстами и головами. Увидит ли она его снова?
– Ты поедешь на скутере?
– Только до двери. – Гаррет, опираясь на трость, поднялся с кровати. Скривился. – Теперь очередь Франка.
Холлис натягивала свитер.
– Ты себя нормально чувствуешь?
– Вообще-то, да. Будь другом, возьми из комода безобразную футболку. И другой пакетик, поменьше.
– Что там?
– Почти ничего. И очень крупные неприятности кое для кого. Быстрее. Нас ждет веганский фургон.
– Чо еще за херня? – спросил голос Хайди из-за двери.
Холлис пошла открывать.
Хайди стояла, сверкая глазами, в распахнутой куртке тамбурмажоретки поверх израильского лифчика.
– Аджай получил эсэмэс и умчался как ошпаренный, сказал, ему нужно к двоюродной сестре. – Она увидела Гаррета. – Это ты его сдернул?
– Да, – ответил Гаррет. – А ты идешь с нами.
– Чего бы за хрень ты ни замутил, я иду с…
– Нами, – перебил Гаррет, – но только если не будешь нас тормозить. И надень рубашку. Кеды, не сапоги. На случай, если придется бежать.
Хайди открыла было рот, но тут же закрыла.
– Пора идти, – сказала Холлис, закрывая чемодан.
– Но не без подарочков, – ответил Гаррет.
Милгрим стоял, чувствуя себя потерянным. Ему еще чудился затихающий рев Фиониного «кавасаки».
Она получила эсэмэс от Гаррета и убежала, оставив на столе недоеденный сэндвич с курицей и ветчиной, но прежде привязала кусок прозрачной нейлоновой лески к колечкам, переднему и заднему, на раскрашенном пингвине. Милгрим помог ей провести пингвина в дверь, и она заякорила его над красным ящиком с инструментами, положив на леску молоток. Потом быстро вернулась в куб и дала Милгриму айфон для управления пингвином.
– Куда ты едешь?
– Не знаю, – застегивая куртку.
– Я поеду туда же?
– Это как Гаррет скажет, – ответила Фиона, и Милгриму на миг показалось, что она его сейчас поцелует, может, просто в щеку. Но только показалось. – Береги себя.
– И ты.
Через минуту она уже вышла за дверь.
Милгрим аккуратно завернул ее сэндвич в пленку и убрал в огромный боковой карман нейлоновой куртки, которую так и не снял после поездки. Надо будет отдать ей, если они встретятся. Тут он заметил на столе черный шлем миссис Бенни и понял, что сегодня ему, видимо, с Фионой не ездить. Взял шлем, понюхал подкладку, надеясь почувствовать запах лака, но тот уже улетучился.
