Нулевое досье полностью

– Разве тебе можно ходить? – спросила Холлис, привставая.

Официант отодвинул ширму. Гаррет вошел, тяжело опираясь на трость с подставкой.

– Я ехал в инвалидном кресле, потом спустился на служебном лифте. – Он положил свободную руку ей на плечо. – Не вставай.

Итальянец помог ему сесть в кресло с высокой спинкой, принесенное от соседнего столика. Гаррет улыбнулся Бигенду.

– Губерт Бигенд, – представила Холлис.

– Очень приятно, мистер Биг-Энд.

Они над столом пожали друг другу руки.

– Зовите меня Губертом. Чашку мистеру Уилсону. – Последние слова были обращены к официанту.

– Гаррет.

– Вы попали под машину здесь, в Лондоне?

– В Дубае.

– Ясно.

– Прошу меня извинить, – сказал Гаррет, – но я невольно услышал ваш разговор.

Бигенд чуть приподнял брови.

– Много?

– Основное, – ответил Гаррет. – Так вы думаете о том, чтобы отдать им Милгрима?

Бигенд перевел взгляд с Гаррета на Холлис, потом обратно.

– Не знаю, сколько еще вам известно о моих делах, но я довольно много вложил в здоровье и благополучие Милгрима. Все это случилось в очень сложное для меня время, поскольку я не могу доверять собственной службе безопасности. Идет борьба внутри компании, а к здешним охранным фирмам я обращаться не хочу. Все равно что нанимать вшивого ловить у вас на голове вшей, по моему прошлому опыту. Милгрим своими неосторожными действиями поставил под угрозу мой проект, наиболее для меня важный.

– Вы решили! – воскликнула Холлис. – Вы решили отдать им Милгрима!

– Я, безусловно, это сделаю, – сказал Бигенд, – если кто-нибудь не предложит мне более удачное решение. Все должно произойти не позднее завтрашнего утра.

– Тяните, – сказал Гаррет.

– Тянуть?

– Я, вероятно, что-нибудь придумаю, но мне нужно ближе к сорока восьми часам.

– Для меня это риск, – ответил Бигенд.

– Куда меньший риск, чем мой звонок в полицию, – сказала Холлис. – И в «Таймс», и в «Гардиан». Там ведь в «Гардиан» есть журналист, который вас особенно сильно не любит?

Бигенд вытаращил на нее глаза.

– Скажите им, что он исчез, – произнес Гаррет, – но что вы его разыщете. Я помогу вам в переговорах.

– Кто вы, мистер Уилсон?

– Хромой и очень голодный человек.

– Рекомендую полный английский завтрак.

Милгрим лежал на боку в спальном мешке на больничного вида поролоне. Усталость раз за разом медленно накатывала, но вместо того, чтобы затянуть в сон, перехлестывала через край и бросала его в состояние неопределенной тревоги, и так снова и снова, в порочном круге мучительной полудремы.

Психотерапевт в свое время объяснила ему, что это запаздывающий эффект стресса – страха и перевозбуждения. Ровно то, что было у него сейчас. И вот ведь подлость: нормальный человек снял бы это состояние одной таблеткой ативана. Однако Милгриму настойчиво повторяли: чтобы вылечиться, он должен строго воздерживаться от любимого препарата. Потому что, не уставала твердить психотерапевт, это не любовь, а потребность. И Милгрим знал, что на одной таблетке не остановится. Главное – не принять первую таблетку, говорил он себе в обманчивой полудреме, перебирая слова психотерапевта, как четки. Следующие таблетки – не проблема: если уберечься от первой, следующих не будет. Только эта первая таблетка всегда рядом, по крайней мере потенциально. Бац! Его снова выбросило в безотчетную тревогу. Перед глазами возникли искры от крыла, когда Олдос толкал машину Фоли по узкому проулку.

Милгрим попытался вспомнить, что знает о машинах, чтобы понять, из-за чего были искры. Современные машины в основном из пластика, внутри немного металла. Видимо, пластик ободрался до металла, посыпались искры, потом металл тоже стерся… Что ты мне очевидное рассказываешь, возмутился мозг.

Ему почудились какие-то голоса. Нет, не почудились. Милгрим открыл глаза. Комнату слабо озаряла пляска абстрактных фигур на экране макбука.

– Чомбо, – говорил Войтек, громко, раздраженно, с безошибочно узнаваемым акцентом. – Чомбо гений. Чомбо гениальный программист. Чомбо, я скажу тебе: Чомбо программирует, как старики трахаются.

– Милгрим! – позвала Фиона. – Ты где?

Неприятная история ничуть не отбила у Бигенда аппетит. Все трое заказали полный английский завтрак; теперь Бигенд планомерно налегал на еду, говорил в основном Гаррет.

– У вас обмен пленными. Один заложник на другого. Ваш красавчик полагает, и справедливо, что вы вряд ли обратитесь в полицию, – сказал он.

При этих словах Бигенд выразительно глянул на Холлис.

– Мы можем смело считать, что у него нет здесь разветвленной сети, – продолжал Гаррет. – Иначе бы он не послал за Милгримом идиота. Нет ее и у вас при теперешнем положении в фирме, и можно допустить, что он знает об этом через вашего крота.

– Можно ли быть кротом, работающим на самого себя? – спросил Бигенд. – Я бы предположил, что в той или иной степени все люди таковы.

Гаррет пропустил его слова мимо ушей.