Капище языческое. Божок мелкий, обитает там, за границей, что отделяет его мир от нашего. Явь от нави! Дверь была защитой, скрижалью, что не пускала его в наш мир, но позволяла говорить с ним и получать дары. Оплата шла кровушкой и жертвами. Заплутавшие путники там или свои – если иного выхода не находилось. Резали как скот. А я их жалел!
Вся изрезанная картинами баталий, подношений и непонятных вензелей, она стояла тут веками, оберегая и предупреждая. Наследие древних веков…
Не выпустит он нас – понял я отчётливо. Словно глянул кто-то! С интересом. Гастрономическим, правда… Вся земля ему окрест подчиняется. Благоволит он крестьянам здешним. Вон сколько в жертвенных чашах крови! Кушал всласть. Силы скопил, поди… Точно, не выпустит, опустились у меня руки.
– И что делать? – задал я вопрос в никуда, помешивая гречку. Наступала первая ночь после находки. Никто не спал. Все ждали…
Подготовились, как могли. Просыпали все проёмы солью с перцем. Подковы везде повесили. Крапиву на пороге положили. Гвозди вбили в двери – треугольником. Использовали всё, что смогли вспомнить! Любую идею обсасывали и применяли, если это было возможно. Местные, сидя в порубе, лишь смеялись, предвкушая. Пришлось одёргивать солдат. Злость на них срывали. Не время!
Не помогло… Всё равно заснули. Как без сна-то? И он пришёл… Наутро не досчитались троих. Самых слабых духом. Каждый умер по-своему. Задохнулся, сгорел или утоп. Его сила – навь. Там он могуч. Да-а-а… Фредди Крюгер поганый!
Выхода нет! Я тут самый сильный маг, остальные единички… Не выдюжат.
– Готовь состав осознанного сна, – решительно кивнул я Марине, единственной моей десятнице женского пола. Ведьмачка и зельевар из другого училища. Хуже меня, но сдюжит – зелье-то простое… А я пока помолюсь. Серёга, Миша, Святополк – все отговаривали. Но что делать?
Лёг на кровать поудобнее, подушку вспушил и… выпил! Нет, не водочки! Зелья. Зелья, что отправит меня в мир грёз так глубоко, что и выбраться оттуда нельзя. Самому, по крайней мере, наблюдал я за Серёжкой, что судорожно сжимал в руках антидот, готовый влить мне его при первых признаках, что дело – швах. Душу грело знание, что в этом мире у меня есть друзья, что горой встанут, но не дадут меня в обиду. Не продадут!
– Спасибо вам, – то ли прошелестел ветер в комнате, то ли прошептал спящий молодой человек.
– Скажи, Хан, мы давно знакомы?
– Уже четыре года как… – ответил я с недоумением, переворачивая зашкворчавший шашлычок. Пора полить. Вот, побаловать решил друзей! И себя! Жаль, не придумали сладкий шашлык… А если насадить мармеладку, интересно, не испортится?
– Вот! Четыре. И знаю вроде тебя неплохо, но не понимаю! Как? Как тот, кто торговался с базарными бабками за медяк, отдал такие деньжищи за девок? Откуда – не спрашиваю… Знаю, что ты какие-то мутные дела творил с Дюком. Так что? Расскажешь? – Взглянул мне в глаза Миша, давно избавившийся от клички Гвоздь. Волнуется курилка! Думает, что меня в дурке не долечили?
– Секрета большого нет, – перевернул я вновь мясцо, на этот раз щедро плесканув сверху кетчупа, разбавленного водой. Уххх! Запах пошёл! – Они дочки знатного пана. Тысячника! И мама не из последних, как я знаю, – указал на браслет, куда после покупки пришли исчерпывающие сведения об имуществе. – Я всегда стараюсь думать на будущее. Вот получу я статус благородного. Даст мне кто из них дочку в жёны? Не отвечай! – прервал я его. – Нет! Не даст. А она нужна. Это статус. Это здоровые дети. Это не нулёвки, а сразу двоечки, троечки при рождении. Смекаешь?
– Замахнулся ты… – Взял он шампур и принюхался, поводя носом по всей длине. Помидорка, лук, мясо, помидорка и так далее. Всё по уму! Куриный, правда. Мясо нежнее… Баранину не переношу. – А как ставку перебил? Сумму ты, конечно, огромную выложил, но для родовитых даже это мелочь. Хотели бы – выкупили?
– Следующий лот выставлял я! А в комментариях указал, что продаваться он будет, лишь если девки отойдут мне. Большинство отсеялось и других приструнило. Слишком уж желанным был приз.
– М-м-м?..
– Пыльца с крыльев фей! – как нечто обыденное упомянул я то, что не достать за деньги. Как жаба давила! Впрочем, отдал я, дай бог, треть. Да и наварился неплохо. Стал банкротом, а через десять минут увеличил состояние впятеро! Засветился вот только… Как бы чего не вышло.
Вам часто снятся сны? А поутру помните, о чём они? То-то! И я такой же. Никогда не запоминаю…
Здесь всё было по-другому. Цвета яркие! И не просто яркие, а как будто я оказался в мультике. Слишком насыщенно! Коридор, освещённый газовыми лампами, светившими синим холодным светом. Двери разных форм и расцветок: прямоугольная красная, скособоченная и покрытая мхом, полупрозрачная. Взгляд туда – и я поспешно отвернулся, покраснев, как маков цвет. Это что, мои фантазии? Точно не внутренний мир. Там я бывал, и не раз. И такого там нет! Точно говорю! Соблазнился и глянул ещё разочек… И ещё…
