Словно не во сне, а в аттракционе кривых зеркал каких-то, шагал по коридору, ища дверь, что не вызывала бы желания вымыть руки или ещё чего. Даже того самого. Шестнадцать лет. Помните?
Всё здесь навеяно силой божка. Духа! Это его мир, и играть придётся по правилам, что установил он сам. Но и ему тоже! Мы ещё посмотрим, кто кого загнал в угол, нашёл я искомое. Простая дверь, без вычурностей, прямоугольная и изготовленная из дерева. Принюхался:
– Сосной пахнет. – Мой нос, моя крепость! Сосна – моя прелесть! Ну, вы поняли…
Что бы я ни говорил, было страшновато. Рука легла на ручку. Поворот и… она открылась, впуская меня в мир грёз, ещё более глубоких! Туда, где законы мироздания не действовали. Это отдельный мир, со своими правилами и порядками. Я думал, что готов к этому.
– Как бы ни помереть здесь, – словил я приход, наблюдая, как сиреневые зайчики прыгают по полянке, поедая жирафов, размером с лягушку. Те, отчаянно верещали.
– Свой мир! – Отпрыгнул в сторону. Меня чуть не раздавил хомяк, прыгающий на задних лапах, ловя длинным языком мух и комаров. Шиворот-навыворот! Был бы у меня такой за душой – давно бы в самоцветном поясе ходил!
Забыв обо всём на свете, полез в лес. Ну а что? Если тут, на полянке, такое, то что там? Не прогадал…
– Йхууууууу, – кричал я, прыгая с дерева на дерево, тогда как обезьяны, не отличающиеся по виду от земных, неслись следом и кидались бананами. Подумаешь? Хотел расчесать одного малыша, уж больно у него шерсть странная, наэлектризованная. Не! Набросились! Самые умные какашками кидались! Кто знает, может, добытое здесь можно вынести наружу? В явь? Э-э-э… это я про шерсть, а не то, про что вы подумали… хотя… подобрал я нечто чёрное и округлое, засунув в карман.
Уйдя от погони, остановился у ручейка, что журчал так заливисто, что птички на деревьях принимали его за своего. Чирик-чирик. Окунул руки в воду – прозрачная, как слеза. Напился от пуза! Аж скулы свело. Сладкая! Ух! Вкуснятина!!! Это вам не тухлятина из-под фильтра!
По деревьям прыгать одно удовольствие. Секвойи и в подмётки не годились местным. Огромные, словно великаны, раскинувшие руки. Сколько здесь зверьков неведомых было! Трав, цветочков, восторгался я, хватая всё подряд. Мистические глазки рулят!
– Спасибо за науку, Путята, – сплёл я корзину с узором из ромашек, как он любил, складывая туда находки. Роза, которая от щекотки скукоживается и меняет цвет, лишайник, что пристаёт к коже и фига его потом отдерёшь. Пришлось походить на йети! Смола с дерева помогла. А что? Для восстановления волос – самое оно. Шлёп на голову и шевелюра закачаешься! Зеленая, правда… Но густая – жуть! Запатентую и буду разводить, мечтал я.
Всё это, конечно, хорошо. Но где ОНО? Божество, дух, демон места – названий много, суть одна. С кем драться? Как победить? Что происходит вообще? Непонятно… Думал, будет легче. Сразимся лицом к лицу, а вот оно как вышло.
Дни проходили за днями. Дверь, что привела меня сюда, исчезла. По ощущениям, я здесь уже полгода, если не больше. Построил хижину, вырыл туалет. Подружился с макаками. Бананов теперь полная кладовая. Вшей у них ищу и не поедаю, а им дарю. Деликатес! Как они радуются! Прыгают по мне. Играются. Себя в жёны предлагают! Насилу отказался!
Что делал все эти дни? Тренировался. Варил снадобья. Экспериментировал… Изучал окружающий мир. Вас бы сюда! Сейчас расскажу…
Катались в кувшинках по лесному озеру, наперегонки с дельфинами… Прыгал со скалы на облако, что летало у самой земли и любило выплёвывать пойманного человека в грязную лужу, что само и создало… Хомяка вот приспособил под ездовое животное. Впечатлений море! Чего я за эти дни только ни пережил… Но шло время и эмоции сглаживались. Яркие краски поблекли, а сердечко заболело… Как отсюда выбраться, я не представлял… Погано на душе. Чувствую подвох, а не вижу.
– Ладно. Что у нас там по планам? – Взглянул я на стену, где висела тонкая кора, на которой я вывел календарь, нарисовав угольком. – Двести первый день от пришествия Хана в этот мир. Идём летать на стрекозах!
В один из одиноких вечеров у костра пришло озарение! Догадка! Страшная, правда! Я старею! Не по дням, по часам, а по секундам. Вот что происходит! Вот что он со мной делает! Я умру там, в яви, от старости… Почему меня не выводят из этого состояния? Не замечают? Не могут? Волосы встали дыбом…
Выхода не находилось. Я бродил из угла в угол своего бунгало, перебирая варианты, не замечая, как в меня тыкается нас Хропотки – моего хомячка, желающего погулять, или Микки, обезьянки, что выложила несколько вшей на стол. Угощает. Видит, что я в полном раздрае…
