– Нет, – ответила Алиса, поднялась с дивана и подошла к туалетному столику с раскиданными по нему тюбиками и баночками косметики. Она повернулась к Денису спиной, будто не могла заставить себя на него смотреть. – Десятый легион не при чём, – тихо сказала девушка. – Они даже не знают, что мы задумали. Они только приняли нас в своём доме и всё. Не нужно их трогать. Я из шестого легиона.
Денис сжал челюсти, под кожей болезненно перекатились желваки. Он считал шестой легион своей лучшей и верной командой, но, выходит, ошибся. Да, он ошибся.
– Зачем вы всё это устроили?
– Денис, мы… – Алиса обернулась.
– По уставу.
Она поморщилась, но всё же подчинилась:
– Равулон, мы не хотели подвергать вашу жизнь опасности. Мы всего лишь хотели восстановить вашу память.
– Что было в помаде? И в шприце-пистолете?
– Два препарата, они работают в паре. Один – через слизистые, другой – в крови. Мы сделали так, чтобы ваш нейродетектор докладывал информацию о стабильном состоянии здоровья, в то время как…
– …в то время как вы меня убиваете?
– У нас не было задачи вас убивать. Зачем? Это глупо. На остановку сердца нейродетектор бы среагировал однозначно, и нас бы сразу обнаружили и схватили. Но мы успели вас спасти.
Денис усмехнулся.
– Сначала чуть не убили, потом спасли. Действительно, благородно. Почему ты назвала меня нумератом?
Алиса снова подошла и пронзительно посмотрела на него.
– Неужели ты не вспомнил меня, даже когда целовал? Не вспомнил? Разве ты ничего не почувствовал?
Денис поднялся с дивана на не слишком крепкие ноги.
– Ты преувеличиваешь силу своей красоты. Согласен, ты… ничего. – Он беззастенчиво оглядел девушку, словно присматривался к одному из автомобилей в своём гараже, и добавил: – Но не стоит себя переоценивать, да ещё и…
Алиса не дала ему закончить оскорбительную фразу, замахнулась и ударила ладонью по щеке.
– Ты омерзителен, – процедила она, отвела руку, чтобы одарить его ещё одной пощёчиной, но он грубо схватил её за запястье.
Посмотрел на метку с цифрой «3» и сказал:
– Я обнулю тебя первой.
Отпустил её руку и направился к выходу.
Щека горела, но он даже виду не подал, что испытывает хоть какие-то неудобства.
– Да пожалуйста! – выкрикнула Алиса ему в спину. – Лучше обнулиться, чем видеть тебя такой мразью!
Он распахнул дверь, вот только выйти ему не дали. На пороге стоял Диезо.
– А теперь поговорим серьёзно, парень. – Мужчина толкнул Дениса обратно в гримёрку.
Диезо закрыл собой выход.
– Асель, оставь нас, – велел он девушке.
– С удовольствием, – бросила та.
Денис проводил её взглядом, пока она шла к двери. Даже не шла, а практически сбегала.
«Асель» – странное производное от «Алиса». Или здесь другое? Что-то важное. Память снова зашевелилась, застонала, на Дениса обрушились клочки слов, завертелись смерчем: «Это был чудесный подарок, Асель… Асель… Асель…».
Ладони вспотели, выпитое пиво внезапно попросилось наверх.
Денис глубоко вдохнул, зажал рот ладонью и на пару секунд зажмурился, побеждая тошноту и выгоняя из сознания хрусткие, скоблящие череп осколки памяти, не способные слиться воедино и выдать полноценную картину.
Диезо посмотрел на след от пощёчины на лице Дениса и усмехнулся.
– Не получил того, на что рассчитывал?
– Не ваше дело, – пробубнил тот в ладонь.
– Да, возможно, и не моё… – Мужчина оглянулся на дверь, проверяя, закрыта ли она. – Итак, уважаемый координатор, теперь, я думаю, ты понимаешь, что это заговор. Только его цель тебе ещё не ясна, верно?
Денис убрал руку от лица и прищурился, считывая эмоции собеседника и пытаясь понять, как выйти из ситуации. Если нейродетектор передаёт некорректные данные, то охрану Донна не вызовет, хотя Денис пока в ней и не нуждался. К тому же, нужно было послушать, что скажет Диезо.
– У нас всего час, пока действует препарат, – продолжил мужчина. – Поэтому не буду тянуть и скажу прямо: наша цель – дать тебе свободу. Прямо сейчас, прямо сегодня. Как тебе такой поворот?
Денис отступил на шаг и ещё внимательнее оглядел Диезо. Мужчина заметно нервничал: подёргивал пальцами, порой теребя подол пиджака.
– Какую свободу?
Диезо вскинул брови.
– Разве ты не хочешь свободы? Обычной человеческой свободы?
– Когда ты не знаешь, что такое свобода, ты в ней не нуждаешься, – сухо ответил Денис.
Мужчина улыбнулся.
– Ты же понимаешь, что координатор – лицо номинальное? Он ничего не решает на самом деле. Решает кое-кто повыше.
– Почему же не решает? Вооружённые конфликты, войны корпораций, приход к власти тех или иных лиц, экономические блокады, да даже исход футбольного матча, если нужно, – результаты моих решений и моих уравнений. Всё вокруг работает на это. Легионеры внедрены по всему миру, и это лучшие команды.
Диезо выслушал его тираду с каменным лицом и сказал:
– А ты помнишь пассажирский поезд, что сошёл с рельсов в Индонезии полгода назад? Это тоже была твоя идея? Там ведь ехал один важный гражданин, которого нужно было уничтожить. Ну… ради мирового равновесия, конечно.
– Какой конкретно поезд? – холодно уточнил Денис.
