Положение украинцев в дореволюционной России и в образовавшемся на ее месте союзном государстве — СССР — было исключительно выгодным. Русские и украинцы, будучи единым народом, но и обладая определенными отличительными чертами, полностью не сливаясь, удачно взаимодополняли друг друга. Украинцы, с присущей им, в сравнении с русскими, большей приземленностью — большим спокойствием, трезвостью, рассудительностью, хозяйственностью — прекрасно зарекомендовали себя на государственной службе. Даже и теперь в России значительная часть губернаторов — с украинскими фамилиями.
Занимая ведущие позиции во всех важнейших сферах жизни страны, в некоторых из этих сфер (кроме государственной службы и руководящих должностей в народном хозяйстве, можно назвать, например, армию или правоохранительные органы) доля украинцев значительно превышала их долю в населении страны — что видно было даже невооруженным взглядом.
Профессиональные предпочтения украинцев как нельзя лучше вплетались в прежнее всесоюзное разделение труда. К примеру, все прирожденные чиновники или милиционеры легко находили себе применение в огромной стране, рассосавшись и рассосредоточившись по ее необъятным просторам. Теперь же народ, в котором слишком высока доля потенциальных губернаторов и прирожденных милиционеров, предоставленный самому себе и вынужденный вариться в собственном соку, испытывает, скажем так, определенные трудности.
Не отсюда ли раздутый до неимоверных масштабов чиновничий аппарат в новоиспеченной державе, в которой доля государственных служащих превышает все разумные и допустимые пределы? Не отсюда ли и бросающееся в глаза милицейское засилье — без всякого, впрочем, вреда для преступности, скорее даже в дополнение к ней?..
Что же касается культурной сферы, то и тут положение населения Украины было в высшей степени выгодным. Пребывая в едином культурном пространстве, малороссы были культурно богаче великороссов, потому что помимо своей принадлежности к великой русской культуре, они обладали еще и дополнительной, очень яркой местной особенностью. Теперь же, отделившись от русской культуры и оставшись с одной этой особенностью, малороссы стали несравненно беднее, потому что эта особенность, даже возведенная в абсолют, не может заменить великой культуры, которая создавалась тысячелетними совместными усилиями и которую они в прежние времена по праву считали своей.
Что бы там ни говорили самостийники, в ненавистной им «империи» число украинцев из года в год стабильно росло, а теперь, в независимом украинском государстве, стремительно сокращается. И вряд ли кого-либо может утешить то, что подобная участь постигла не одних украинцев, а мы имеем дело с общим процессом, характерным, к примеру, и для нынешней России. Все это только лишний раз подтверждает: гибельные последствия нашего развала никого не обошли стороной (и исправить положение можно лишь снова соединившись в единое целое). Собственно эти-то гибельные последствия для России — распад России и ее ослабление — и были главной целью тех, кто извне всеми силами подталкивал Украину к «независимости». О благе самой Украины речь вообще не шла. «Независимость» Украины всегда была только средством развала и ослабления России. Без Украины Россия обречена быть духовно разорванной и вечно кровоточащей. Все это понимают недруги России. Этим-то и вызвана активная поддержка «независимости» Украины со стороны тех, кто заинтересован в расчленении России и в исчезновении ее с исторической арены. Один из патологических ненавистников России З. Бжезинский неоднократно указывал на исключительную важность для Запада существования независимого украинского государства: ведь, по его мнению, именно отпадение Украины от России должно послужить гарантией того, что Россия не сможет уже воссоздаться в качестве великой державы.
