Нужна ли «українцям» Россия полностью

То, что главной целью всех самостийнических прожектов (в том числе и воплощаемых в языковой сфере) является не столько создание чего-то своего, сколько разрушение русской православной цивилизации, в особых доказательствах не нуждается. Тщетность усилий в деле искусственного создания собственной полноценной словесности для подавляющего большинства самих украинствующих выяснилась давно и никогда не составляла секрета. Об этом их многократно предупреждали, в том числе и такие проникнутые искренними проукраинскими симпатиями люди, как, например, Костомаров, который в статье «Малорусская литература» писал: «Поднимать малорусский язык до уровня образованного литературного в высшем смысле, пригодного для всех отраслей знания и для описания человеческих обществ в высшем развитии — была мысль соблазнительная, но ее несостоятельность высказалась с первого взгляда». И тем не менее в наши дни идеологи украинства, при всей скудости своего культурного и духовного багажа, имели несчастье воспользоваться неожиданно открывшейся для них возможностью предстать перед народом в качестве его духовных пастырей и поводырей. Выполняя под видом созидательной разрушительную работу, направленную против России, они понимают, что делают дело угодное нынешним безраздельным хозяевам мира — и потому покровительство со стороны этих хозяев им гарантировано.

В этой связи показательно избрание в качестве главной культовой фигуры для украинского движения — Тараса Шевченко, и то, за какие заслуги он удостоился чести быть возведенным в культ. Ведь, как ни покажется странным, из тех, кто внешне поклоняется культу Шевченко — возлагает цветы к его памятнику, вешает его портрет в своем доме, называет его гениальным поэтом и т. д. — поразительно мало знающих его поэзию и, что называется, живущих ею. Потому что Шевченко для них и для всех, вообще, украинствующих — в первую очередь — символ. Он почитается и превозносится как основатель нерусской — на Руси — литературы, как тот, кто литературно закрепил языковое отличие малороссов от остальных русских (возникшее в результате длительного польского владычества в крае). И хотя случаи применения разговорного языка Малороссии в качестве литературного были и до Шевченко, однако эти попытки по разным причинам (в основном, из-за отсутствия серьезного отношения самих авторов к этим своим попыткам) на символическую роль не подошли. Так что именно Шевченко считается тем, кто своим творчеством оторвал литературу Малороссии от общерусского литературного процесса.

Этому-то и поклоняются…

Любой из великих литературных языков (в том числе и русский) создавался посредством слияния многих региональных диалектов. Если в любой из стран, давших миру великую литературу, запустить обратный процесс: при помощи внешних сил и при государственной поддержке искусственно развивать литературные языки на основе каждого из диалектов — то можно легко посеять смуту — народ расколется, и страна, в конце концов, распадется. Подобный эксперимент и был воплощен в России.

Сегодня населению Украины активно навязывается украинский язык — который в свое время «всеми правдами и неправдами» был искусственно возведен из местного разговорного языка — в ранг литературного. И одновременно — целенаправленной дискриминации подвергается русский язык — общий для всей русской цивилизации литературный язык, на котором созданы великие, мирового значения, духовные ценности. Эту свою политику нынешние украинизаторы пытаются оправдать тем, что украинский язык в прежние времена якобы терпел притеснения, или тем, что выходцы из Малороссии раньше «змушэни» были работать на «чужу» (то есть русскую) литературу. Поэтому-де, сегодняшнее искусственное насаждение украинского литературного языка — является восстановлением справедливости…