Первая из ошибок заключается в окончательной утрате русской культуры и русского образования. Чтобы оценить в полной мере значение этой утраты, нужно учесть, что до этого, на протяжении всей своей исторической жизни наш народ осуществлял высшую свою деятельность — религиозную, литературную, научную (деятельность подлинную, а не декоративную) — в основном в русле русской культуры. Кроме того, само приобщение к цивилизации — развитие на территории нынешней Украины техники, промышленности, транспорта, медицины, военного дела, современного судопроизводства и прочего (и освоение огромного терминологического аппарата, соответствующего этим сферам) — неразрывно связано с использованием русского языка. Привлеченные блеском западных витрин, украинцы отбросили за ненадобностью духовное наследие своих предков (отбросив, заодно, и самих себя в доцивилизационный период) — и затем, не отягощенные излишним (по их мнению) духовным и интеллектуальным багажом, устремились в «независимое» плавание — на Запад.
Вторая ошибка состоит в том, что своими постоянными предательствами украинцы заставили таки россиян воспринимать нынешних граждан «нэзалэжнойи» Украины как чужаков. Хотя совсем еще недавно население теперешней России и не отделяло себя от украинцев. Таким же образом обстояло дело и в дореволюционной России. Князь Волконский, например, писал:
Таким образом, Украина, будучи прежде полноправной, даже привилегированной частью одной из двух мировых сверхдержав; имея и теперь возможность, в Союзе с Россией и Белоруссией, претендовать на роль одного из центров притяжения (русского, славянского, православного) формирующегося многополюсного мира — сделала недостойный самой себя и самоубийственный выбор.
Украина прибилась к Западу, с которым у нее ничего общего — ибо вся западная жизнь построена на совершенно иных, нежели наши, религиозных и мировоззренческих установках. В Западном мире Украина обречена играть довольно жалкую и неприглядную роль. Единственная роль, которая отводится для Украины Западом, заключается в предательстве России и в поддержке всякого рода козней, направленных против нее. Только в таковом качестве Украина и интересует Запад.
Из-за своего злосчастного выбора, Украина уже и теперь скатилась до небывалого унижения и, чтобы хоть как-то удерживаться на плаву, вынуждена торговать своей благосклонностью, метаться между Вашингтоном и Москвой, ища попеременно у них помощи и покровительства и заверяя каждую из сторон в готовности быть верной союзницей во всех действиях, направленных против другой стороны. Все это гордо именуется «многовекторностью во внешней политике» — ставка, как видно, делается на то, что если чему-то постыдному дать приличное название, то некоторое время это постыдное можно выдавать за нечто достойное.
А если проституция стала главенствующем принципом внешней политики новоявленного независимого государства, то и неудивительно, что и подданные этого государства в частном порядке охотно прибегают к подобной профессии: о численном преобладании украинок в соответствующих заведениях Запада и Востока неоднократно писалось в прессе.