Рука потянулась к заметкам. Глаза внимательно пробежались по списку слов. Некоторое время висела тишина. Девушка не сразу поняла, что вместо чтения принюхивается — запах овечьей крови доставал до мозга и окутывал его пеленой вони.
— Мне нужно покурить, — Шайль тяжело вздыхает и проводит ладонью по лицу.
Бобби поднялся со стула.
— Зойд, я схожу и куплю ей сигарет. Ладно?
— Иди, — бесстрастно отвечает ёрк. — Чтоб был тут раньше, чем я дочитаю газету. Иначе…
— Да-да, штраф. Скоро буду, Шайль, не кисни.
— Ага, — удивленно отзывается девушка, провожая бромпира взглядом.
Тот бодрым шагом удалился, прикрыв дверь и забрав с собой запах овец. Шайль некоторое время размышляла.
— Погоди. Две части одной системы… — детектив впивается взглядом в слова. — Бобби прав. Но я тоже.
До Шайль наконец-то дошло. Главное — не в ролях «детектив»-«убийца». И не в сторонах «закон»-«беззаконие».
Освобождение — пограничный город. Он первый на пути волколюдов, выбирающихся из своего мира. В первую очередь этот город не про закон. Главная система в нем — это волколюды. Шайль и преступник… принадлежат одной системе? И Зельда — камень между ними. Камень, который убийца сознательно вставил, чтобы застопорить работу механизма Шайль. И свою собственную?..
Девушка прикрыла глаза, сосредотачиваясь на образе. Вот она — система. Множество шестеренок. Среди них колесико закона и колесико преступности. Торговые связи. Наркотики, проституция, фармацевтика, бизнес. Но это Освобождение. Поэтому система является олицетворением жизни волколюдов в новом, большом мире, состоящем из семи поменьше.
Шайль услышала щелчки в своей голове, представив это огромное механическое сердце Всемирья. Она в нем лишь маленькая шестеренка. Как и убийца. Но они часть одного действительно важного куска.
Потому что и преступник, и Шайль — волколюды. Они противоположны, но до поганого схожи. Детектив слишком зацепилась за тот факт, что Бибик не поеден, а лишь изодран, будто бы когтями. Но детектив забыла, что она и сама не ест своих жертв. Скольких убила за время карьеры — никого не сожрала. Потому что она сдерживается ради большей цели. У нее есть важная роль следователя, и она играет по ней.
Преступник — такой же. У него есть важная роль, ради которой он тоже сдерживает свою тягу к плоти. Иначе бы вместо Бибика умер любой другой человек, прогуливающийся по Освобождению поздно ночью.
Убийца — волколюд с целью, но он не принадлежит закону. Тем не менее, он является важной частью Освобождения, как и Шайль. Они две шестеренки, которые крутят друг друга.
Почему именно так? Думай, детектив, думай.
Фармацевт. Бибик с детства тяготел к созданию веществ. Лекарственных. Иначе бы он не заварил волчьи ягоды с подорожником. Ограничился бы парочкой грибов и дурманной травой. Ему была нужна не наркота, а медицина. Возможно, более глубокая, чем банальное лечение. Иначе бы Бибик был просто аптекарем.
Но у него был личный сейф. Переписка, в которой он использовал шифр. Значит, не просто аптекарь. Бибик занимался чем-то важным, чем-то, что понадобилось волколюду, который ради своей цели готов отказаться от бесплатного мяса. Лишь бы сбить детектива со следа…
А еще, Бибик с детства проявил свои коммуникативные качества. Важно не то, что он подкупил детишек помладше, которые смогут воровать, не опасаясь сломанных мизинцев. Ему пришлось организовать детей, потому что они слишком молоды. Сами не додумаются, что нужно делать.
Бибик с детства показал, что ему для работы нужен коллектив. В котором каждый выполняет свою роль. Один ворует, другой изучает. А теперь, если перенести эту же модель на взрослый мир… Бибик вырос. Ему не до скучного воровства в аптеках, не до изучения. Он уже знает достаточно.
C оздатель. Бибик работал над чем-то важным. И поплатился за это. Но кто мог найти безумца-параноика, который менял свой шифр каждые несколько писем? Только поставщик. И он же убил Бибика.
Тот решил уйти от сотрудничества? Или выполнил свою роль?
В любом случае, если его убил волколюд, а не прирезал какой-то человек… Значит, Бибик работал на волколюдов. В Освобождении, как и любом другом городе, есть свои сообщества. Достаточно перебрать варианты.
Политика? Нет, гнать проклятую. Не политика. Фармацевт не нужен позерам и ораторам.
Фармацевт нужен для чего-то связанного со здоровьем волколюдов. При том, что даже Шайль, безмордая, не использует лекарств людей… Здоровье само по себе крепкое, лишенное тех изъянов, которые есть у других рас. Значит, не лекарство. Что-то более значимое.
Бибик работал на группировку волколюдов, которые хотят поменять что-то в себе. Или… в обществе? Или во взаимоотношениях с обществом?
«Свободу волкам». «ВолкоЛЮДИ». «Клыки и слава».
Три идиотских названия, но только эти сообщества постоянно на слуху. И Шайль знает, что каждая из этих общин состоит из безумцев и редкостных придурков.
Значит, круг подозреваемых пока именно такой. Это уже неплохо. Лучше, чем обвинение женщины в убийстве родного брата.
Дверь хлопает.
