Кроме низких температур? Чего вы все так его одушевляете, словно он живое воплощение
какого-нибудь древнего зла?
— Послушай меня, парень, я кое-что тебе расскажу сейчас! — радостно заулыбался
однорукий эксперт. — Забегу вперед программы обучения! Реактор, — он кивнул на
светящийся огнями макет, — расположен в Австралии, в одиннадцати с половиной тысяче
километров от нас. Это не экватор, но все ещё тропики, и там очень тепло — всего минус
шестьдесят по Цельсию, а летом так и вовсе жара — до минус сорока пяти! Это
бесконечная заснеженная пустыня, на которую медленно надвигается мировой ледник.
Ледник сковывает всю планету, у него нет границ, и на его поверхности гуляют не просто
снежные бури, там бушуют ураганы со скоростью ветра порядка ста—ста десяти метров в
секунду. Срываясь с ледникового панциря, они слабеют в среднем до восьмидесяти
метров в секунду. Это немного, всего-то двести девяносто километров в час! Без опоры
устоять на ногах невозможно, порыв ветра сбивает с ног человека в полном арктическом
снаряжении и уносит прочь на многие километры! Поэтому вся территория Реактора
имеет пешие маршруты, вдоль которых растянуты тросы, а снаряжение полярника
оборудовано страховочными карабинами, позволяющими зацепиться за них, потому что
удержаться на тросе руками в момент урагана сможет далеко не каждый! Не говоря уже о
том, что в момент урагана ты не сможешь разглядеть даже перчатки, если вытянешь руку,
всё вокруг тебя будет одним сплошным снежным месивом, забивающим глаза, нос и уши,
поэтому мы закрываем лицо масками.
Но это ещё не всё, приятель! При температуре воздуха в минус сорок по Цельсию,
в нашем арктическом снаряжении вполне можно не просто выживать, но и комфортно
работать на морозе часов десять—двенадцать. Но вот беда — на ветру любая поверхность
накаляется ещё сильнее, и вот тут-то Холод и предстает во всей своей красе! Уже при
скорости ветра в два метра в секунду, минус сорок превращается в минус сорок восемь!
При пяти метрах в секунду — в минус пятьдесят шесть, при десяти метрах в секунду — в
минус шестьдесят градусов, а при двадцати — в минус шестьдесят восемь. Но такое
конечно же бывает нечасто! Потому что нечасто на Реакторе бывает минус сорок! Обычно
там минус шестьдесят с небольшим, я же говорил, что места у нас теплые, и ветерок
легкий, двадцать метров в секунду, в итоге на поверхности снаряжения обычно
фиксируют температуру в минус девяносто градусов по старику Цельсию, плюс-минус
градус-другой!
А теперь подумай вот о чем: при охлаждении температуры кожи человека ниже
плюс тридцати градусов, заметь, парень, я сказал ниже ПЛЮС тридцати, он начинает
дрожать. Вот почему любому из вас бывало зябко даже в Новой Америке, где всегда выше
нуля. При понижении температуры кожи ниже двадцати семи градусов любой человек, не
привыкший к Холоду, как к отцу родному, впадает в кому. А при температуре кожи в
двадцать один градус наступает смерть. Самые живучие способны протянуть до двадцати
градусов, в это время температура тела составляет где-то градуса двадцать два-двадцать
четыре. При температуре кожи в плюс девятнадцать градусов за всю историю Полярного
Бюро ещё никто не выживал. И все мы очень рады, что могучие ученые умы Новой
Америки создали для нас снаряжение с электрообогревом, которого хватает в среднем на
десять часов непрерывной работы! Обогрев защищает нас от превращения в
замороженное мясо! Как ты думаешь, приятель, какова температура на поверхности
снаряжения, если в пятидесятиградусный мороз Холод одаривает нас свежим бодрящим
бризом со скоростью ветра в тридцать метров в секунду? А если это зима и было не
пятьдесят, а шестьдесят пять градусов ниже нолика?
Эксперт радостно улыбался Майку во все тридцать два зуба, выдерживая недолгую
паузу. Майк молчал, торопливо вспоминая рассказы старого Джеймса.
— Я тебе помогу! — сжалился над ним однорукий. — В обоих случаях за минус
сто, но это уже не имеет значения! Потому что имеет значение лишь один показатель: как
долго ты продержишься один на один против Холода, если откажет обогрев снаряжения, а
своевременно добраться до укрытия не удается? Ибо смертельно опасной для выросшего в
условиях вечно теплой Новой Америки человека считается температура окружающего
воздуха от минус сорока пяти по Цельсию. — Он поднял протезированную руку на
уровень глаз Майка: — Моя кисть продержалась почти час. Но до Реактора мы смогли
добраться только через семьдесят одну минуту. И врачи сказали, что мне ещё повезло,
отрезать пришлось только ладонь. Ну, как тебе объяснения, парень? Всё ещё не
убедительно?
— Вы попали в Воронку, сэр?! — невольно выдохнул Майк. — Простите, сэр, я не
знал! Мне очень жаль, сэр! Старый Джеймс говорил, что это может произойти внезапно...
— Что? Воронка? — хохотнул эксперт. — О чем ты, приятель! Я попал в драку с
