-Хотела бы я туда попасть, - мечтательно сказала девочка, и Степан с болью в сердце
вспомнил, как то же самое, когда-то давно, говорила его покойная сестра.
-Рассказать вам про Гоа? – спросил Степан, и потрепал по голове Федора, лежащего на
животе с альбомом под боком. «А ты рисуй, так у нас целая книга получится – с картинками».
-Да, да, пожалуйста! – закричали дети.
Лиза оттолкнула рукой ножницы и скривила губы. «Лизонька, девочка моя, - ласково сказала
Марфа, - надо немножко постричься. Тогда волосы еще красивее станут. Ну посиди
спокойно, доченька».
-Тео тоже стричься не любила? – спросила Маша, удерживая на коленях ребенка.
-Они никто не любят, такие маленькие, - вздохнула Марфа, отрезая кончики длинных
каштановых прядей. «Еще хорошо, что дети не в Лондоне растут, там вшей уйма, мы бы
сейчас с тобой только и делали, что их вычесывали».
-Дочку хочу, - неожиданно сказала Маша, успокаивая хнычущую Лизу. «Мальчишки – это
другое, они вон уже больше с отцом, - она вдруг покраснела, - а девочка при матери будет».
-Да твой Степан с дочкой будет так носиться, что не поверишь, - усмехнулась невестка. «Я
вон тоже, у отца родилась, как ему пятьдесят было, дак батюшка меня баловал – куда там!
Ну все, Лизавета, - она поцеловала дитя, - теперь ты еще пуще красавица».
-Марфа, а вы ей будете про мать-то ее говорить? – спросила Маша, все еще краснея.
Невестка быстро подмела пол вокруг кресла, и улыбнулась: «А как же, подрастет – и скажем,
чего ж в тайне сие держать».
-Не знаю, - вздохнула Маша, - Степа меня не спрашивает, про, ну..- она замялась и указала
на живот.
-Ну и хорошо, - Марфа отряхнула Лизино бархатное платьице. «Не спрашивает – и не надо».
-Мама! – девочка протянула к ней ручки.
-Ну иди сюда, счастье мое, - Марфа прижала ее к себе и вздохнула. «Ох, смотрю на нее и
вижу ее мать покойницу – та красивая ж была, и умная какая. Хоша б ты, Лизавета, - она
потерлась о нежную щечку девочки, - счастлива была бы».
-Будет, - уверенно сказала Маша, тоже отряхиваясь.
-Кое-кто, я смотрю, уже счастлив, - улыбнулась Марфа, - спать с петухами ложится, и с
постели к завтраку только поднимается. Ты осторожнее, Марья, на сносях ты все-таки.
Маша зарделась и вдруг шепнула что-то на ухо невестке.
-Ах вот как, - медленно сказала Марфа и вдруг рассмеялась: «Я до Стамбула и не ведала,
что такое делать можно. Спасибо Селиму, обучил».
Маша тоже улыбнулась и сказала: «Ох, Марфа, сейчас бы еще дитя принести и все хорошо
будет».
-Да принесешь, куда денешься, - невестка оценивающе посмотрела на ее живот. «Все равно,
кажется мне, девочка это. И у меня тоже», - она погладила свой.
-Пойдем, - сказала Лиза, подергав мать за подол. «Мама, ну гулять же!»
-Ну давай, всех соберем, - Марфа подхватила дочь на руки, - и отправимся. Вроде, ветер
утих, не так холодно, как с утра было».
- Гулять хочу! – сказала Лиза, когда женщины зашли в библиотеку.
-Так, - сказал Степан, поднимаясь, обернувшись к детям: «Все быстро на конюшню,
седлайте своих пони».
-Лизу нам взять? – спросила Марфа.
-Во-первых, - Воронцов наклонился над женой и поцеловал ее в душистые, виднеющиеся из-
под чепца волосы, - мы с Марьей пешком пройдемся,- ей это сейчас полезно, и заодно за
всадниками нашими приглядим, а во-вторых, ты, Марфа, одень Лизу, пожалуйста, и приведи
вниз – мы ее с собой возьмем».
Марфа подняла брови, и, ничего не сказав, вышла вслед за детьми. Степан запер дверь на
ключ.
-Что? – спросила жена.
-Ты сядь, Марья, сядь, - посоветовал муж, кладя ей руки на плечи.
-Степа, - она покраснела.
-Десять лет мы с тобой прожили, - сказал он серьезно, вставая на колени перед ее креслом и
придвигая ее к себе, - десять лет, Марья, а ты все краснеешь».
-Так день же, - она откинула голову назад и развязала ленты чепца.
-Косы распусти, - попросил он, чуть оторвавшись от ее тела. «День, не день – я ждать не
хочу, понятно?»
-Понятно, - задыхающимся голосом ответила она. Вороные волосы хлынули,
освобожденные, заполняя собой все вокруг, и она вцепилась зубами в ладонь.
Маша сидела на коленях мужа, привалившись к нему всем телом. Степан внезапно,
хмыкнув, посмотрел на синие следы у нее на руке.
-После обеда соберись, - вдруг сказал он, - поедем в Лондон денька на два.
-Зачем? – недоуменно спросила она.
-Я, Марья, - он накрыл руками ее тяжелую грудь, -хочу с тобой один побыть, вот зачем.
Послушать», - он усмехнулся.
-Услышишь, - пообещала жена.
-Дай ее мне, тяжелая же, - сказал Степан, когда они вышли во двор. Лиза уютно устроилась
на руках у дяди и Ворон поцеловал ее в щечку.
-Большой, - сказало дитя, оценивающе посмотрев на него.
-Да уж побольше твоего батюшки, - улыбнулся Степан.
-Папа, - грустно проговорила девочка. «Когда папа?».
-Скоро уже, - пообещал Степан. «Уж не родит твоя матушка без него, не бойся. Марья, - он
посмотрел на жену, - а тебе срок когда?».
-Да вот уж дней через пять, думаю, - ответила жена. «Живот-то опустился, сам видишь.
Степа, а кто ж теперь на твоем корабле пойдет, ежели ты дома останешься?».
-Молодому Рэли придется, - расхохотался Степан. «Ну ничего, я тоже в его возрасте стал
кораблем командовать – справится».
