-Я люблю читать, - девушка опять покраснела. «Мой муж всегда в разъездах, что еще
остается делать?»
- Ты там с ней не церемонься, - хмуро зевнул Джон. «Судя по тому, что рассказывал
Корвино, особо уговаривать синьору Констанцу не придется. Да тебе, собственно, всего и
надо-то – печати Бонкомпаньи и образец его почерка с подписью. За один раз все можно
сделать».
-Как-то это все же..., - Джордано замялся.
Разведчик усмехнулся. «Да она тебя выбросит из головы на следующий день, не волнуйся. У
таких женщин все просто. Не забывай, если у нее был один любовник, то может быть и
второй».
-А что читаете? – Бруно вдохнул знакомый запах – пыль, бумага, типографская краска, и еще
что-то странное, свежее, будто ветер с моря.
Он вдруг вспомнил, как ребенком, с другими мальчишками, ловил рыбу в их деревне под
Неаполем, и улыбнулся.
-Думаете, женщины предпочитают поэзию? – сердито ответила Констанца.
-Ну отчего же? - девушка взглянула в его темные, смешливые глаза. «Какой он некрасивый»,
- подумала она. «Нет, - продолжил Джордано, - я, например, знаю женщину, которая отлично
разбирается в математике. Если бы она была мужчиной, она бы давно лекции в
университете читала».
- Она, наверное, не замужем, - свысока улыбнулась Констанца.
-Нет, ошибаетесь, - Бруно стал разбирать книги. «Она замужем, у нее пятеро детей, она
ведет хозяйство, и отлично готовит».
-Да вы в нее влюблены, - рассмеялась девушка.
-Не отрицаю, был, – Джордано хмыкнул и сдул пыль с небольшого, переплетенного в
телячью кожу тома. «Читали?» - кивнул он на книгу.
-Еще в детстве, - рассмеялась Констанца. «Gal ia est omnis divisa in partes tres, quarum unam
incolunt Belgae,aliam Aquitani, tertiam qui ipsorum lingua Celtae, nostra Gal i appel antur. Hi
omnes lingua, institutis, legibus inter se different», - процитировала она. «Это все читали,
синьор Джордано».
-Вас учили латыни? – удивился он.
-Да, - она чуть вздохнула. «Я люблю историю, она очень интересная. А вот астрономию я
совсем не знаю».
-Давайте я вам расскажу, - внезапно предложил Джордано, глядя на ее розовые, нежные
губы.
-Принес? – Джон, не глядя, протянул руку.
-Я с ней только сегодня познакомился, - возмутился Джордано, раздеваясь. «Холодно как
тут».
-Дом старый, все рассохлось, а огня зажигать не надо – не след соседям знать, что мы
здесь, - разведчик испытующе посмотрел на Джордано.
-Ну и что? Зачем тянуть? Ты подумай о том, что каждый день задержки – это еще один день
страданий для Корвино. Чем быстрее у нас будут печати, тем лучше».
-И все? – Джордано погрел руки над свечой.
-Что – все? – непонимающе посмотрел на него Джон.
Бруно покраснел. «Ну, с ней – все?».
-А зачем она нам еще нужна? – удивился разведчик. «Пойди, поешь, Франческо что-то там
принес. Так когда?».
-Послезавтра утром у тебя будет все, что надо, - сквозь зубы сказал Джордано и вышел,
осторожно закрыв за собой дверь.
Петя привалился спиной к холодным камням стены и сжав зубы, выругался. Стало немного
легче. «Ну,- иронично сказал он себе, - это пока, дружище. Пока они не принимались за глаза
и все остальное. А, в общем, к боли привыкаешь – я и не знал».
Он поднял левую руку и усмехнулся. «Там, на Груманте, было проще – я все-таки сам это
делал. Надо же, я думал, они просто вырвут ногти, и дело с концом. Нет, оставили, - он
пошевелил распухшими пальцами, - будут продолжать. Хорошо, что я завещание
просмотрел еще раз перед отъездом сюда.
-Федьке, конечно, контора ни к чему, из него такой торговец, как из меня – монах, - Петя даже
рассмеялся, - но другого сына нет. Ну, ничего, Марфа будет управлять, голова у нее
хорошая, справится. Вот только о Марфе ты не думай, - приказал он себе.
-Вообще ни о ком не думай, - жестко сказал он, и закрыл глаза.
-А кто мои девочки? – он поднял двойняшек на руки и те сразу же залепетали: «Папа!
Папа!». От них пахло молоком и чем-то сладким. «Сейчас вот как укушу!» - пообещал Петя, и
сев в кресло, пристроил девчонок на коленях. «Потому что я лев!» - сказал он грозно.
-Лев большой! – уважительно проговорила Полли, дергая его за ухо, ероша волосы. «У льва
зубы», - Мэри принялась за второе ухо.
-У льва скоро ушей не останется, - пробормотал Петя. «Тоже хочу!» - Лиза стояла на пороге,
с игрушечной тележкой в руках. «Папа, можно?».
-Ну конечно, счастье мое, - Петя, обняв двойняшек одной рукой, помог дочке забраться на
колени.
-У тебя тут прямо цветник, - рассмеялась вошедшая в комнату жена. Петя посмотрел на
головы девочек – белокурую, каштановую, черную, как смоль, и нежно сказал: «А ну иди
сюда, тут рыжей не хватает».
- Я не рыжая, - обиженно отозвалась Марфа, пристраиваясь у него на коленях, забирая
двойняшек на руки. Запахло жасмином.
-Рыжая-рыжая, - он обнял их всех и счастливо улыбнулся.
-Не думай, - сказал себе Петя еще раз, вытирая лицо окровавленным, разорванным рукавом
рубашки.
-Нет, - сказал Джордано. «Посмотрите еще раз, синьора Констанца, внимательней. Вон она,
очень яркая. Сегодня хороший вечер, ясный, ее отлично видно».
-Да, - девушка прищурилась, - теперь я поняла. Но разве это не звезда?
